Читаем Демон полностью

По голубому небу пролеталОднажды Демон. С злобою немойОн в беспредельность грустный взор кидалИ вспоминанья перед ним толпойТеснились. Это небо, где творецВнимал его хвалам и наконецПроклятьям, эти звезды… всё кругомПрекрасно в блеске вечно-молодом;Как было в тот святой, великий час,Когда от мрака отделился свет,И, ангел радостный, он в первый разВзглянул на будущность. И сколько лет,И сколько тысяч лет с тех пор прошло!И он уже не тот. Его челоПомеркло… он один, один… один…Враг счастья и порока властелин.Изгнанник, для чего тоскуешь тыО том, что невозвратно? – но пускай!Не воскресив душевной чистоты,Ты не найдешь потерянный свой рай!Напрасно обращен преступный взорНа небеса: их свет – тебе укор.Будь горд. Старайся мстить, живи, губя.Но что ж? – и зло не радует тебя?И часто, очень часто людям онЗавидовал. У них надежда естьНа искупленье, на могильный сон.Все их несчастья легче перенестьОдной палящей капли адских мук.И вечность (это слово, этот звук,Который значит всё) им не страшна.Нет! вечность для рабов не создана!Так мыслил Демон. Медленно крылом,Спускался на землю, рассекалОн воздух. Всё цвело в краю земном.Весенний день краснея догорал.Растения и волны, ветеркомКолеблемы, негреющим лучомКазались зажжены. Туман сыройРевниво подымался над землей.И только крест пустынный, наконец,Стоящий на горе, едва в далиБлестел. И гаснет! Звездный свой венецНадела ночь. В молчании теклиСветила неба в этот мирный час,Но в их молчаньи есть понятный глас,О будущем пророчествует он.Вот встала и луна. Повсюду сон.Свети! свети, прекрасная луна!Природа любит шар твой золотой,В его сияньи нежится она,Одетая полупрозрачной мглой.Но человека любишь ты дразнитьНесбыточной мечтой. Как не грустить,Когда на нас ты льешь свой бледный свет,—Ты – памятник всего, чего уж нет!

Я хотел писать эту поэму в стихах: но нет. – В прозе лучше.

Примечания

Печатается по автографу – ИРЛИ, оп. 1, № 10 (тетрадь X), л. 38–38 об.

Впервые напечатана в «Отеч. записках» (1859, т. 127, № 11, отд. I, стр. 256–258) и без прозаической приписки Лермонтова в «Библиогр. записках» (1859, т. 2, № 12, стлб. 378–379).

Датируется 1831 годом по нахождению в тетради X.

Редакция V

Демон

<1833–1834 годы>

1

Перейти на страницу:

Похожие книги

Поэты 1880–1890-х годов
Поэты 1880–1890-х годов

Настоящий сборник объединяет ряд малоизученных поэтических имен конца XIX века. В их числе: А. Голенищев-Кутузов, С. Андреевский, Д. Цертелев, К. Льдов, М. Лохвицкая, Н. Минский, Д. Шестаков, А. Коринфский, П. Бутурлин, А. Будищев и др. Их произведения не собирались воедино и не входили в отдельные книги Большой серии. Между тем без творчества этих писателей невозможно представить один из наиболее сложных периодов в истории русской поэзии.Вступительная статья к сборнику и биографические справки, предпосланные подборкам произведений каждого поэта, дают широкое представление о литературных течениях последней трети XIX века и о разнообразных литературных судьбах русских поэтов того времени.

Дмитрий Николаевич Цертелев , Александр Митрофанович Федоров , Даниил Максимович Ратгауз , Аполлон Аполлонович Коринфский , Поликсена Соловьева

Поэзия / Стихи и поэзия
Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы