Читаем Демон полностью

Так что ж? – ты будешь там со мной!Мы станем жить любя, страдая,И ад нам будет стоить рая;Мне рай – везде, где я с тобой!Так говорил он; и рукоюОн трепетную руку жалИ поцелуями пороюПлечо девицы покрывал.Она противиться не смела,Слабела, таяла, горелаОт неизвестного огня,Как белый снег от взоров дня!. . . . . . . . . .В часы суровой непогоды,В осенний день, когда меж скалПенясь, крутясь шумели воды,Восточный ветер бушевал,И темносерыми рядамиНеслися тучи небесами,Зловещий колокола звон,Как умирающего стон,Раздался глухо над волнами.К чему зовет отшельниц он?Не на молитву поспешалиВ обширный и высокий храм,Не двум счастливым женихамСвечи дрожащие пылали:В средине церкви гроб стоял,В гробу мертвец лежал безгласный,И ряд монахинь окружалТот гроб с недвижностью бесстрастной.Зачем не слышен плач родныхИ не видать во храме их?И кто мертвец? Едва приметныйОстаток прежней красотыЯвляют бледные черты;Уста закрытые бесцветны,И в сердце пылкой страсти ядСии глаза не поселят,Хотя еще весьма недавноВладели бурною душой,Неизъяснимой, своенравной,В борьбе безумной и неравнойНе знавшей власти над собой.За час до горестной кончины,Когда сырая ночи мглаНа усыпленные долиныПрозрачной дымкою легла,Духовника на миг единыйМладая дева призвала,Чтоб жизни грешные деяньяОткрыть с слезами покаянья.И он приходит к ней; но вдругЕго безумный хохот встретил.Старик в лице ее заметилБорение последних мук.На предстоящих не взирая,Шептала дева молодая:«О, демон! о, коварный друг!Своими сладкими речамиТы бедную заворожил…Ты был любим, а не любил…Ты мог спастись, а погубил,Проклятье сверху, мрак под нами!»Но кто безжалостный злодей,Тогда не понял старец честный,И жизнь монахини моейОсталась людям неизвестной.С тех пор промчалось много лет,Пустела древняя обитель,И время, общий разрушитель,Смывало постепенно следВысоких стен; и храм священныйСтал жертва бури и дождей.Из двери в дверь во мгле ночейБлуждает ветр освобожденный.Внутри, на ликах расписныхИ на окладах золотых,Большой паук, пустынник новый,Кладет сетей своих основы.Не раз, сбежав со скал крутых,Сайгак иль серна, дочь свободы,Приют от зимней непогодыИскали в кельях. И поройЗабытой утвари паденьеСреди развалины глухойИх приводило в удивленье!Но в наше время ничемуНельзя нарушить тишину:Что может падать, то упало,Что мрет, то умерло давно,Что живо, то бессмертно стало;Но время вживе удержалоВоспоминание одно!И море пенится и злитсяИ сильно плещет и шумит,Когда волнами устремитсяОбнять береговой гранит:Он вдался в море одиноко,На нем чернеет крест высокой.Всегда скалой отражена,Покрыта пылью белоснежной,Теснится у волны волна,И слышен ропот их мятежный,И удаляются толпой,Другим предоставляя бой.Над тем крестом, над той скалоюОднажды утренней пороюС глубокой думою стоялДитя Эдема, ангел мирный;И слезы молча утиралСвоей одеждою сапфирной.И кудри мягкие как ленС главы венчанной упадали,И крылья легкие как сонЗа белыми плечьми сияли.И был небесный свод над нимУкрашен радугой цветистой,И воды с пеной серебристойС каким-то трепетом живымК скалам теснились вековым.Всё было тихо. Взор унылыйНа небо поднял ангел милый,И с непонятною тоскойЗа душу грешницы младойТворцу молился он. И, мнилось,Природа вместе с ним молилась.Тогда над синей глубинойДух гордости и отверженьяБез цели мчался с быстротой;Но ни раскаянья, ни мщеньяНе изъявлял суровый лик:Он побеждать себя привык!Не для других его мученья!Он близ могилы промелькнулИ, взор пронзительный кидая,Посла потерянного раяУлыбкой горькой упрекнул!..
Перейти на страницу:

Похожие книги

Поэты 1880–1890-х годов
Поэты 1880–1890-х годов

Настоящий сборник объединяет ряд малоизученных поэтических имен конца XIX века. В их числе: А. Голенищев-Кутузов, С. Андреевский, Д. Цертелев, К. Льдов, М. Лохвицкая, Н. Минский, Д. Шестаков, А. Коринфский, П. Бутурлин, А. Будищев и др. Их произведения не собирались воедино и не входили в отдельные книги Большой серии. Между тем без творчества этих писателей невозможно представить один из наиболее сложных периодов в истории русской поэзии.Вступительная статья к сборнику и биографические справки, предпосланные подборкам произведений каждого поэта, дают широкое представление о литературных течениях последней трети XIX века и о разнообразных литературных судьбах русских поэтов того времени.

Дмитрий Николаевич Цертелев , Александр Митрофанович Федоров , Даниил Максимович Ратгауз , Аполлон Аполлонович Коринфский , Поликсена Соловьева

Поэзия / Стихи и поэзия
Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы