При всей своей наивности теория истечений, так же как и вся теория познания Демокрита, имела большое значение в борьбе против религиозно-идеалистического понимания сознания как сверхматериального. И все же наряду с имеющимся в этой теории рациональным зерном в ней еще оставались следы древних магических представлений: образы, идущие от живых существ, несли с собой и их переживания, гнев и милость, которые воздействовали на воспринимающих их людей (см. там же, 476; 472а). Существует мнение, что источником «теории идолов» были учения персидских и индийских магов; с их взглядами Демокрит мог познакомиться и в юности, и в своих путешествиях по Востоку. Несомненно и то, что Авеста оказала известное влияние на учение древних атомистов. Но предпосылки этой теории имелись и в Греции.

Согласно учению старшего современника Демокрита Эмпедокла, всякое познание получается только путем проникновения в наше тело истечений (aporroai) от вещей, о которых сигнализируют чувства (см. 21, 31 В 89; А 86, 88, 90, 91). В процессе зрения, по Эмпедоклу, различаются два элемента: истечение мельчайших частичек из созерцаемого тела и лучеиспускание из глаза; в результате получается видимый образ. По некоторым свидетельствам, уже Эмпедокл говорил о том, что истечения состоят из «образов» (eikones) (см. там же, 31 В 109а). Эту теорию, несомненно, использовал Демокрит. Но в мировоззрении Эмпедокла наряду с научными большую роль играли мифологические представления. Последние наложили свой отпечаток и на философское и научное мировоззрение Демокрита.

Из теории «истечений» следовало, что любые ощущения, представления и мысли о каких-либо объектах обязательно имеют свой реальный предмет. Правда, Демокрит причинно объяснял и заблуждения, и фантазии: «образы» по пути могли друг с другом спутаться, перемешаться, могли испариться и создать совершенно ложное восприятие (см. 13, 475). Выходит, что даже сновидения, по Демокриту, были «истинными», т. е. имели свой предмет и требовали только «научного» истолкования. Отличить ложный образ от истинного мог только разум, но где был критерий истинности? Как уже говорилось, в своем логическом произведении Демокрит выдвигал три критерия истинности, в том числе критерий чувственной практики, проверки последствиями, но часто он не имел средств это сделать. Критерием оставался разум человека. «Мудрец — мера всех существующих вещей» (там же, 97). Если верить источнику, можно сказать, что только так, исправляя знаменитый тезис Протагора («человек — мера всех вещей»), Демокрит мог ответить на поставленный вопрос.

Фантастические элементы «теории идолов» косвенно привели Демокрита к своеобразному учению о богах. Все люди верили в богов. Больше того, они верили в предсказания, вещие сны, «дурной глаз» и т. п. Откуда эти представления? По «теории истечений», выходило, что где-то существовал их реальный и материальный источник.

Как Демокрит решал этот вопрос, как объяснял происхождение религии, каково было его собственное отношение к ней — все это будет рассмотрено в одной из следующих глав.

Глава IV. Человек и общество

Поворот к человеческим делам. Проблемы эпохи

биографиях нескольких греческих философов встречается ходячий анекдот: философ, увлеченный исследованием космоса, засмотревшись на небо, спотыкается и падает, так как не замечает, что у него под ногами. Здесь народная мудрость как бы предъявляет требование к философии: сойди с облаков на землю!