Читаем Дело семьи полностью

– Самое первое, сынок, это то, что когда мы встречаемся как девчонка с парнем, то нам открываются перспективы развития друг в друге. Это нас притягивает друг к другу, и мы вместе обговариваем образ, как мы видим совместную жизнь. Каждый рассказывает и показывает свои возможности да могу. Рассказывают друг другу о том, о чем они мечтают. Показывают друг другу, каким образом они могут помочь эти мечты осуществить. А создав семью, ничего для того, чтобы осуществить сказанное ими, не делают или поначалу делают, а потом перестают. От этого интерес друг к другу исчезает. Огонь в их глазах тухнет. И желание что-то делать друг для друга уходит. Так создается раскол между супругами, и каждый начинает жить сам по себе.

Я стал вспоминать, как мои друзья делились со мной, рассказами об их встрече и мечтах, как они вместе станут жить и их жизнь полностью наладится. А в действительности все оказалось не совсем так. И в место того, чтобы убирать все препоны, которые возникли между ними, чтобы осуществить свои мечты, они опускали руки. Внешне показывали, что у них все хорошо, а на самом деле друг на друга катили бочку, чтобы оправдать самих себя. Тут деда меня спрашивает:

– А от чего так получается, что они останавливаются на полпути и не убирают встретившиеся препятствия, а опускают руки?

Я задумываюсь и проговариваю:

– Здесь что-то связанно с родителями.

– Да, именно так! – поддерживает меня деда. – В большинстве семей родители своим детям в раннем детстве не позволяли изучать мир. Навязывали ребенку, что он ужасный и опасный, что без помощи родителей ребенок не справится. Постоянно подкладывали малышу соломку на его жизненном пути. За него решали, за него делали. Возникала у детей какая-то трудность, и родители тут же ее за них исправляли. А когда дети стали выходить на самостоятельный путь в этом навязанном родителями ужасном миру, они стали не дееспособными и не могли самостоятельно решать свои житейские вопросы. Они не могли доделывать свои дела, да вообще их делать. Привыкли не разбираться и не убирать препятствия, встретившиеся на своем жизненном пути, а опускать руки, ведь раньше все препоны убирали за них родители. А сейчас родителей рядом нет. Да и сами мечтали сбежать из-под контроля и опеки родителей. Вырваться из клетки. А на воле-то все по-другому, все необходимо делать самим. А делать самим не приучены. Мы можем жить только тогда, когда все проблемы за нас решают другие, и пожинать плоды других. Мы не привыкли осуществлять свои мечты своими руками. Мы ждем, когда наши желания воплотит кто-то другой. Родители привили нам то, что нам должны служить другие, как это делали они сами в нашем детстве, чтобы мы не своевольничали и не совершили кучу ошибок.

От слов деда я вспоминаю, как в раннем детстве, когда мама мыла полы, то я взял полотенце, которое попалось мне под руку, стал макать его в ведро и, не выжимая, тоже начал мыть пол, заливая все водой. За это мне по заднице хорошо попало. Мама отобрала у меня полотенце и выгнала на улицу, чтобы я не мешался у нее под ногами, проговаривая:

– Это не мужское дело, а женское. Тебе бы юбку надеть, а не штаны.

Меня это тогда просто шокировало: отчего маме мыть пол можно, а мне нет. И обидевшись на маму, пошел на улицу играть со старшими сестрами. А сестры меня от себя гнали, говоря:

– Мы тебе не няньки, чтобы с тобой водиться.

Следом вспомнилось, как я в два с половиной года в первый раз затопил печь, как это делали родители. Только не догадался открыть трубу, и дым повалил в дом. Я подумал, что устроил пожар, и, схватив только одного тряпичного друга, выбежал из дома, крича во все горло: