Читаем Дело о бархатных коготках полностью

— Поговорим вначале о формальной стороне. Вы примите оплату наличными?

Локк энергично покачал головой.

— Мы не шантажисты, у нас серьезное издание, — заявил он. — Впрочем, иногда мы идем навстречу пожеланиям людей, которые заказывают рекламу в нашей газете.

— Вот как! — воскликнул Мейсон.

— Вот так! — ответил Локк.

— А что я могу у вас рекламировать?

— Безразлично, — пожал плечами Локк. — Вы можете ничего не рекламировать, если не хотите. Мы только продаем место в газете.

— Понимаю, — сказал Мейсон.

— Это хорошо. И что вы еще хотите?

— Вчера вечером в Бичвунд Инн совершено убийство. Точнее говоря, была стрельба, при которой убили человека. Я точно не знаю, было это убийство или случайное убийство. Насколько мне известно, человек, который был убит, хотел ограбить посетителей.

Фрэнк Локк обратил свои бесстрастные глаза на адвоката.

— И что? — спросил он.

— Как я слышал, — продолжал Мейсон, — есть что-то неясное во всем этом деле. Поэтому прокурор потребовал тщательного расследования.

— Вы до сих пор ничего не сказали конкретного, — заметил Локк.

— Я ведь говорю, — ответил Мейсон.

— Тогда, говорите.

— Ходят слухи, что список свидетелей, который передан прокурору, не полон.

Теперь Локк посмотрел на адвоката более внимательно.

— От чьего имени вы выступаете? — спросил он.

— От имени потенциального рекламодателя вашей газеты, — ответил Мейсон.

— Хорошо, говорите. Я жду продолжения…

— Остальное вы знаете.

— Даже если бы я знал, то все равно никогда не признался бы в своей осведомленности, — сказал Локк. — Мое дело — это прием рекламы. Вы должны идти ко мне навстречу, сам я не сделаю ни шага. Я жду продолжения…

— Хм, — ответил Мейсон. — Как потенциальный клиент, я хотел бы, чтобы ваша газета не вникала в обстоятельства этого убийства. Это значит, что мне крайне нежелательно, чтобы какие-то особы, которые там якобы присутствовали, были упомянуты в вашей газете. Особенно я заинтересован в том, чтобы не упоминали широко известного лица, имя которого не фигурирует в списке, и чтобы не требовали от полиции его допросов. И, продолжая говорить как ваш потенциальный клиент, я не хотел бы никаких упоминаний о том, что этот свидетель был не один, и уж тем более каких бы то ни было предположений о том, что за лицо его сопровождало. А теперь, сколько я должен буду дать за рекламу?

— Если вы хотите диктовать нам редакционную политику, — ответил Локк, — то вам придется вложить много средств. Необходим будет долговременный контракт, в котором вы обяжетесь определенное время помещать в нашей газете рекламные объявления. В контракте будет статья, касающаяся возможного штрафа в том случае, если вы нарушите условия. То есть если вы не захотите поместить предусмотренного количества реклам, то вынуждены будете вместо этого заплатить возмещение.

— Я вынужден буду заплатить возмещение, как только нарушу условия контракта? — спросил Перри Мейсон.

— Конечно.

— А контракт смогу нарушить как только его подпишу?

— Нет. Это нам не подходит. Вам придется подождать день или два.

— Вы, конечно, не предпримите никаких шагов за то время, пока я буду ждать? — уточнил Мейсон.

— Безусловно, — заверил Локк.

Мейсон достал портсигар, вытащил длинными пальцами сигарету, прикурил ее, после чего смерил Локка холодным взглядом.

— Что ж, — заметил он, — я уже сказал то, что должен был сказать. Теперь я слушаю вас.

Локк поднялся с кресла, сделал несколько шагов вперед и обратно. Голову он наклонил вперед и часто моргал глазами цвета какао.

— Я должен обдумать это дело, — заявил он.

Мейсон достал часы.

— Что ж, даю вам десять минут на размышления.

— Нет, нет, — возразил Локк. — Это займет гораздо больше времени.

— Не должно, — отрезал Мейсон.

— Это вы пришли ко мне, — заявил Локк, — а не я к вам.

— Будьте разумны, — убеждал Мейсон. — Не забывайте, что я выступаю от имени клиента. Вы должны что-нибудь предложить мне, а мое дело передать это предложение дальше. Вовсе не так просто будет связаться с моим клиентом.

Локк поднял брови.

— Вот как? — спросил он.

— Вот так, — ответил Мейсон.

— Ну, может быть, я мог бы решить наш вопрос в течение десяти минут, — сказал Локк. — Но я должен позвонить в редакцию.

— Я побуду здесь.

Локк быстро прошел к лифту и спустился вниз. Мейсон пододвинулся к барьеру антресоли и смотрел на то, как Локк идет через холл. Он не исчез ни в одной из телефонных будок, а вышел на улицу. Мейсон подошел к лифту, нажал кнопку, спустился вниз, направился прямо к выходу и перешел на другую сторону улицы. Он остановился в подворотне, наблюдая за зданиями напротив.

Через три или четыре минуты Локк вышел из соседней лавки и направился обратно к отелю. Мейсон перешел через улицу, вошел в отель и шел в двух шагах за Локком, пока не поравнялся с телефонными будками. Тогда он вошел в одну из будок, оставив открытыми двери, высунул голову и крикнул:

— Эй, Локк!

Локк повернулся на месте и посмотрел на Мейсона с внезапным страхом в своих глазах цвета какао.