Читаем Дело Нины С. полностью

12 августа 1990 года

Сюда к нам приехала Габи, а поскольку я поставила последнюю точку в рукописи романа, то могу позволить себе немного побездельничать. Больше всего мне хотелось бы сидеть в шезлонге и смотреть на волны, которые в своем, только одним им ведомом ритме бьют по песку. Море для меня обладает таинственной силой, оно притягивает меня, очищает, исцеляет.

Габи – по своей природе странник, она проходит обычно целые километры от Ястребиной Горы до Дембок. В последний раз она свернула за дюной в лес и за тем лесом обнаружила тянущиеся до горизонта луга.

– Мы должны пойти туда все вместе, – сказала она. – Там красиво.

– У меня слишком маленькие ножки, им трудно так далеко ходить, – защищается Пётрусь. Он так же, как и я, предпочитает оседлый образ жизни.

– У вас обоих тяжелые попы, – злится Габи, а потом ведет переговоры с внуком: – А если я возьму тебя на закорки?

– Тогда я, может, и пойду на эту прогулку, – сдается Пётрусь.

Моя дочь была права, это место и вправду исключительное. Оказывается, вся эта территория находится под охраной государства как историко-культурный заповедник. За лугами виднеются какие-то дома, это рыбацкий поселок Карвенские Болота. Несколько развалюх, а рядом совсем новые дома с фахверковыми фасадами, некоторые покрыты соломенной крышей. Дома стилизованы под старину, как будто бы их строили голландцы – этот поселок некогда принадлежал им. И луга тоже.

– Все выкупают приезжие, – говорит женщина в небольшом кафе, куда мы зашли. Здесь отлично жарят рыбу.

Я заказываю камбалу и пиво, Габи тоже, Пётрусь – картошку фри и кока-колу.

– А не хотят ли гости посмотреть красивый участок, который продается? – интересуется кашубка [60] за буфетной стойкой.

– Хотеть, может быть, и хотят, да деньжат маловато, – отвечаю я.

– Так они недорого просят, продают по нужде, – соблазняет она нас.

Ну и обстряпали дело. Мы внесли задаток за участок площадью больше гектара, лежащий на самом краю лугов.

– Самое большее, что мы сможем, это поставить палатку, – говорю я, – потому что на дом нет денег.