Читаем Декамерон 1914 полностью

— Что ж, слушайте. Я — инженер Шумский. И вот угораздило меня строить фортификационные сооружения вблизи наших западных границ; о, сколько я потом проклинал себя за это! Ибо с этого самого момента я оказался прикованным, как Прометей. Теперь о том, чтобы мне побывать за границей, и речи не могло быть. Вы поймите, я окончил Цурихский политехнический институт, у меня за границей осталось великое множество друзей, мой однокашник профессор Айнштайн, нынче весьма знаменитый, например, супруги Кюри; да и вообще инженеру моего уровня быть прикованным к одной единственной стране — это означает навеки погрязнуть в провинциализме и в конце концов начисто утратить квалификацию. На мои слезные мольбы отпустить меня, ответа не было, зато один верный человек, вхожий туда, шепнул мне, что там решили от меня совсем иным способом навсегда избавиться. В общем, я понял, что жизнь моя уже не стоит ломаного гроша. Не хотелось вот так вот; я еще кое-чего стою в своем деле.

И тогда я задумал побег, причем такой побег, чтобы никто и не стал разыскивать. Я нанял господина актера Оболенского, мы с ним обменялись паспортами, я снабдил его деньгами, и он должен был под моим именем года на два уехать куда-нибудь в российскую глушь и там зарекомендовать себя как отчаянный пьяница, так зарекомендовать, чтобы все газеты кричали о его дебошах. Ну а потом, — имелся такой план, — он должен был покончить с собой.

— В точности так-с, — подтвердил Шумский-Оболенский.

А Шумский-Семипалатников продолжал:

— Ну, не то чтобы совсем, конечно, покончить, а так, как это проделали персонажи у Чернышевского и у Льва Толстого. Помните, Протасов из «Живого трупа» тоже якобы утопился.

Все бы легко поверили. Запил инженер Шумский от тоски, что его здесь стреножили, а потом и утопился от той самой тоски.

Я же приобрел паспорт на фамилию Семипалатникова, и под этим именем меня должны были переправить в Швейцарию. Возрождаться в качестве Шумского я и не намеревался — знаю, что у наших мастеров плаща и кинжала руки достаточно длинны. Просто на свете, где-нибудь в Швейцарии, в Англии или в Германии вдруг появился бы хороший инженер Семипалатников. Нас ведь, инженеров, в отличие от графов и князей, не по фамилии ценят, а по умению, по идеям, по проектам…

Существовала, впрочем, одна опасность: я мог уже оказаться в списке разыскиваемых, и мои фотографии вполне могли быть переданы на все приграничные станции, где проверяются паспорта. На этот случай мне нужна была чья-то помощь. И случилось так, что я узнал, как такую помощь получить…

Да развяжите же меня наконец-таки!..

* * *

Секретное донесение[66]

(отправлено фельдъегерской почтой)