Читаем Дегтярев полностью

Меня, как и многих других его друзей, Василий Алексеевич всегда поражал своей трудоспособностью и неутомимостью. Он всегда был бодр, весел, приветлив, добр. Все, знавшие его, сохранили его в своем сердце именно таким. А нужно сказать, что он обладал каким-то особенным свойством притягивать и располагать к себе людей. У него было множество друзей. Даже животные относились к нему с какой-то особой любовью.

Редкой любовью и привязанностью пользовался Василий Алексеевич у детей. Не было дня, чтобы к нему в сад не приходили дети: то свои внучата, то соседские, то пионеры, то ребята из детского сада.

Я никогда и нигде не видел людей, которые были бы так влюблены в свое дело, как он. Для него не было большего счастья, как творить, изобретать, работать для Красной Армии, для могущества советской власти, которая открыла ему, простому рабочему, путь к счастливой и радостной жизни»,

* * *

Встретив новый, 1946 год, 2 января Василий Алексеевич надел генеральский китель и, причесывая поседевшие волосы, подошел к зеркалу.

На левой стороне его груди сияла золотая звезда, ниже — три ордена Ленина, орден Трудового Красного Знамени и две медали, а на правой стороне — ордена Суворова первой и второй степени и орден «Красная Звезда» — награды Родины за многолетнюю беззаветную службу.

Он собирался в клуб на вечер встречи со своими избирателями, которые вторично выдвигали его кандидатуру в депутаты Верховного Совета СССР.

Появление Дегтярева на трибуне было встречено бурной овацией. Каждый из собравшихся прекрасно знал об огромных заслугах Василия Алексеевича перед народом.

На трибуну поднялся директор завода.

— Мы все знаем, — сказал он,— что заслуги Василия Алексеевича отмечены семью орденами и тремя Сталинскими премиями. Говоря о нем, нашем простом и скромном товарище, я вижу наших прославленных соколов, которые из его пулеметов сбивают фашистских стервятников в необъятных просторах синего неба. Я вижу моряков с военных кораблей Северного флота, высаживающихся на полуостров Рыбачий, и отряды грозной морской пехоты на холмах Севастополя с его оружием в руках. Я представляю себе страшные бои с немецкими танками под Москвой, Сталинградом, Орлом, которые победоносно вели мужественные бронебойщики, вооруженные противотанковыми ружьями Дегтярева. Мне представляются смелые налеты советских партизан с испытанным оружием Дегтярева на штабы и тылы врага. И, наконец, я отчетливо вижу перед собой героический штурм Берлина нашими доблестными войсками. Вижу стремительно наступающих солдат с пистолетами-пулеметами Дегтярева в руках. На фоне всех этих героических событий мне рисуется простое, ласковое лицо великого труженика — нашего славного Дегтярева. И мне хочется сказать, что среди нас нет человека более уважаемого и достойного. Попросим же его на трибуну.

Грянула музыка, раздались аплодисменты.

Василий Алексеевич поднялся на трибуну и тихо сказал:

— Мы должны и будем работать не покладая рук, чтобы оградить нашу страну и все мирные народы от новой войны. Что касается лично меня, то я отдам все свои силы на благо Отчизны, во имя нашей партии.

Спустя несколько дней прославленный конструктор Василий Алексеевич Дегтярев был вторично избран в депутаты Верховного Совета СССР.

Скоро Василий Алексеевич приехал в Москву на сессию Верховного Совета СССР и несколько дней провел у своей дочери.

В эти дни ему удалось посетить выставку трофейного вооружения.

Выставка эта произвела на него сильное впечатление. Он подходил к огромным побуревшим развалинам «тигров», «пантер», «фердинандов» и с радостью находил в их броне маленькие сквозные отверстия.

Экскурсовод, узнавший конструктора, подвел его к одному танку и, вынув из дырочки в башне танка бронебойную крупнокалиберную пулю, подал Дегтяреву.

— Узнаете, Василий Алексеевич?

— Наша? — спросил Дегтярев.

— Да, эта пуля была послана в танк из вашего противотанкового ружья. Некоторые пули из вашего ружья прошивали вражеские танки насквозь!

И он стал показывать ему пробоины в танках...

Дома у дочери Дегтярев, вспоминая об огромном количестве поверженной техники врага, увиденной им на выставке, думал о советских конструкторах, инженерах, рабочих, создавших такое вооружение, которое помогло нашим воинам разгромить фашистские армии.

В его памяти проходили образы соратников — друзей и учеников, создателей грозного оружия Советской Армии, трудом своим утверждавших мощь родной страны.

Прославленный конструктор Федор Васильевич Токарев. Им неоднократно приходилось соревноваться друг с другом. У каждого из них были неудачи и успехи. И каждый из них неудачи другого переживал, как свои, и успехам товарища радовался, как собственным, потому что оба они работали для своего родного народа, для своей социалистической Родины.

Представитель молодого поколения — конструктор Шпагин, творец многих замечательных систем. Теперь он тоже депутат Верховного Совета СССР и Герой Социалистического Труда. Дегтярев гордится им — это его ученик.