Читаем Дедушкины рассказы полностью

Как же далеко мы зашли в пренебрежении к человеку в годы коммунистического режима, в элементарном неуважении к нему. Нас постоянно убеждали в том, что девиз, под которым мы прошагали не одну пятилетку – «Все во имя человека, для блага человека» выполняется, а наша жизнь становилась все хуже. Нас приучили фарисействовать, лгать, говорить на черное – белое, на заведомую чушь – гениально! Нас лишили гордости и самоуважения, достоинства и независимости, милосердия и доброты. Что до девиза «Все во имя человека…» – он превратился в пустой звук, фальшивый лозунг, не подкрепленный делами. Долгие годы мы слышали цветистые речи, сами произносили красивые слова, но в них не было и грана правды.

Нам вбивали в головы, что все беды идут «оттуда», с Запада, что от капиталистической системы ничего хорошего ждать не приходиться, поскольку это общества без будущего, где все продается и все покупается, а человек человеку – волк. Но волк оказался накормленным, напоенным и ни о чем дурном не помышлявшем. У нас же, где по утверждению собственной пропаганды, набирало силу и неуклонно развивалось общество социальной справедливости, жить становилось все труднее и хуже. И для того, чтобы как- то сводить концы с концами, меняли нефть на хлеб.

Путешествуя по Калифорнии, мы убедились, что в Америке не все так плохо, как об этом в восьмидесятые годы писала пресса. Нельзя же отрицать очевидное: промышленный потенциал на высоком уровне, сельское хозяйство, поддерживаемое государством, тоже не знает застоя. Иначе 4% населения, составляющие американское фермерство, не смогли бы полностью удовлетворять потребности своих граждан и продавать излишка во многие страны мира. Социальное обеспечение, пусть несовершенное в условиях капитализма, о чем настойчиво тогда писала пресса, оказывается, тоже дает американцам возможность, в том числе и неимущим, независимо от классовой, религиозной или расовой принадлежности, вполне сносно существовать. При этом не следует забывать о милосердии, получившем в стране широкое распространение. Сами американцы говорили, что благодаря милосердию никто в стране не голодает и не ходит в тряпье.

В Америке развито свободное предпринимательство (нам теперь это знакомо). Миллионер стремиться преумножить капитал, чтобы быть еще богаче, малоимущий – заработать, чтобы существовать. Цели разные, а стремление одно – получить деньги. Мы видели на улицах Сан-Франциско людей, которые зарабатывали на жизнь тем, что развлекали прохожих. Вели они себя тактично, ни к кому конкретно не обращались, лишь пытались завладеть всеобщим вниманием.

На одной из самых людных улиц Сан-Франциско расположился квартет, он быстро собрал вокруг себя плотную толпу, из которой со звоном падали на расстеленную салфетку мелкие монеты. Возможно, если бы в Америке имелось учреждение вроде Госконцерта, процветавшего в восьмидесятые годы в нашей стране, они не осмелились бы гастролировать на улице. Но заработали бы больше? Сомневаюсь. Это и есть свободное предпринимательство по-американски: живи как хочешь, делай что хочешь, только не преступай закон.

Нет, в Соединенных Штатах не все так плохо, как еще нередко писала наша пресса. Иначе в верхних эшелонах советской элиты, среди высокопоставленных бонз не считалось бы престижным посылать своих деток заграницу, дабы побыстрей поставить на хрупкие ножки. Впрочем, отцы и сами в любой час готовы к загранкомандировкам, желательно в капстраны, чтобы еще раз, авось не последний, окунуться в болото загнивающего капитализма, заодно вывезти пару набитых чемоданов.

Да, видимо не все плохо в современных Соединенных Штатах, хотя проблемы и у них не исчезли, а некоторые стали еще острее. Что же изменилось в стране за двенадцать лет после нашего пребывания? Почитаем прессу, послушаем радио, посмотрим телевидение.

Жизнь Америки показывает, что такие стойкие проблемы, как наркомания, преступность, бедность сохранились, а некоторые приобрели угрожающие масштабы. Обозначилась и новая – так называемая социальных гарантий, когда разветвленная система государственных пособий, пенсий и гарантий порождает иждивенческие настроения, а в целом влияет на производство, сдерживая его развитие: зачем напрягаться, когда пособия и так обеспечены? Но даже при развитой системе государственных пособий в США, оказывается, полно бедных. Правда, по американским меркам, если семья их трех человек получает в год всего 20 тысяч долларов, считается, что она живет за чертой бедности. В стране по такой шкале проживает, по некоторым оценкам, более трети населения.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Хамнет
Хамнет

В 1580-х годах в Англии, во время эпидемии чумы, молодой учитель латыни влюбляется в необыкновенную эксцентричную девушку… Так начинается новый роман Мэгги О'Фаррелл, ставший одним из самых ожидаемых релизов года.Это свежий и необычный взгляд на жизнь Уильяма Шекспира. Существовал ли писатель? Что его вдохновляло?«Великолепно написанная книга. Она перенесет вас в прошлое, прямо на улицы, пораженные чумой… но вам определенно понравитсья побывать там». — The Boston Globe«К творчеству Мэгги О'Фаррелл хочется возвращаться вновь и вновь». — The Time«Восхитительно, настоящее чудо». — Дэвид Митчелл, автор романа «Облачный атлас»«Исключительный исторический роман». — The New Yorker«Наполненный любовью и страстью… Роман о преображении жизни в искусство». — The New York Times Book Review

Мэгги О'Фаррелл , Мэгги О`Фаррелл

Исторические любовные романы / Историческая литература / Документальное
Дикое поле
Дикое поле

Роман «Дикое поле» принадлежит перу Вадима Андреева, уже известного читателям по мемуарной повести «Детство», посвященной его отцу — писателю Леониду Андрееву.В годы, когда Франция была оккупирована немецкими фашистами, Вадим Леонидович Андреев жил на острове Олерон, участвовал во французском Сопротивлении. Написанный на материале событий того времени роман «Дикое поле», разумеется, не представляет собой документальной хроники этих событий; герои романа — собирательные образы, воплотившие в себе черты различных участников Сопротивления, товарищей автора по борьбе, завершившейся двадцать лет назад освобождением Франции от гитлеровских оккупантов.

Василий Владимирович Веденеев , Андрей Анатольевич Посняков , Вадим Леонидович Андреев , Вадим Андреев , Александр Дмитриевич Прозоров , Дмитрий Владимирович Каркошкин

Биографии и Мемуары / Приключения / Проза / Русская классическая проза / Фантастика / Попаданцы / Историческая литература / Документальное
Провокатор
Провокатор

Их уважительно называют «следаками», и совершенно неважно, в какое время они живут и как называется организация, в которой они служат. Капитан Минин пытается понять причину самоубийства своего друга и коллеги, старший следователь Жогин расследует дело о зверском убийстве, в прошлое ведут следы преступления, которым занимается следователь по особо важным делам Зинина, разгадкой тайны золота сарматов занимается бывший «важняк» Данилов… В своей новой книге автор приподнимает завесу над деятельностью, доселе никому не известной и таинственной, так как от большинства населения она намеренно скрывалась. Он рассказывает о коллегах — друзьях и товарищах, которых уже нет с нами, и посвящает эти произведения Дню следователя, празднику, недавно утвержденному Правительством России.

Николай Соболев , Сергей Валяев , Борис Григорьевич Селеннов , Zampolit , Д Н Замполит

Приключения / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Попаданцы / Историческая литература