Обернувшись, я переглянулась с Жинем, который тоже прижался к земле. Сэму не было нужды переводить, что кричали нам альбы, наставив ружья, и выход был только один. Я хорошо знала, что делать, когда в голову направлен ствол.

Мы подняли руки, сдаваясь.

Глава 12

Альбы привели нас в крепость под конвоем. Лейла первым делом завопила, что она наша пленница, и потребовала её освободить, но зелёные мундиры то ли не понимали по-мираджийски, то ли не хотели понимать. В конце концов Жинь украдкой шепнул ей:

– Ты правда хочешь, чтобы враги Мираджа узнали в тебе дочь султана?

После этого она умолкла с угрюмым видом. В самом деле, если всё равно плен, то уж лучше у своих.

Моё настроение было не лучше. Если в Ильязе чужеземцы, которые имели право нас арестовать, значит, цитадель захвачена вражескими армиями, наступающими на столицу. Что же, выходит, они снова наводнили страну, а эмир Билал с его людьми убит или захвачен? Где же теперь искать союзников?

Однако ворота крепости нам отворили соотечественники, одетые в форму здешнего гарнизона, такие же мираджийцы виднелись с оружием на стенах и башнях, а на внутреннем дворе отрабатывали строевые навыки бледнолицые альбы. Их раскрашенные армейские палатки стояли вдоль стен, будто бы так и надо.

Мираджийский офицер увидел нас и принял на свою ответственность. В ответ на его вопросы я не стала ничего придумывать, лишь назвалась. Очевидно, нас ждали. Меня развязали и провели в дворцовые покои эмира, остальным велели ждать в длинном коридоре, выложенном камнем. Входя в дверь, я ощутила тревожный взгляд Жиня, направленный мне в спину.

Билал, эмир Ильяза, выглядел, как ему и было положено, умирающим. Он принял меня не как пленницу, а как желанную гостью. Билал сидел, обложенный дюжиной расшитых подушек во главе низкого стола, за спиной стояли слуга и охранник. Стол был уставлен драгоценными блюдами с роскошными кушаньями, которых мне даже видеть не доводилось.

Старый эмир растил их с принцем Рахимом вместе, как братьев. Обоим ещё не исполнилось и двадцати лет, но из-за болезни Билал сейчас выглядел глубоким стариком.

По правую руку от него сидел офицер в альбийском мундире, без вышитых побегов с листьями, но зато с золотыми пуговицами и пышными эполетами с кистями. Наверное, командир или даже генерал. Бледное лицо его раскраснелось от жары, рыжие волосы напоминали лисий мех, а верхнюю губу украшали аккуратно подстриженные усы.

Альб неловко ёрзал на непривычной подушке, явно предпочитая кресло, но вокруг ничего похожего не было, только подушки да столики вдоль стен, заваленные книгами и уставленные склянками с неразборчивыми надписями на ярлычках – почти как в комнате Тамида в Скрытом доме. Гостей здесь, похоже, принимали редко.

На книгах и подушках кое-где виднелись кровавые пятна. Судя по всему, болезнь зашла далеко, и молодой эмир находился на грани смерти. Месяц назад в Измане он выглядел куда лучше. Тогда он потребовал в обмен на военную помощь отдать ему в жёны какую-нибудь демджи, которая брачной клятвой привяжет его жизнь к своей и таким образом продлит. Видимо, мой визит он истолковал как согласие.

– Амани, – приветливо кивнул он, впервые назвав меня по имени. Обвёл костлявой рукой блюда на столе. – Присаживайся к нам с капитаном Уэсткрофтом. – Я молча перевела взгляд на альбийского офицера. – Должен же я познакомиться со своей невестой.

В наши планы не входило подчиняться эмиру. Освободив принца Рахима, мы собирались переманить гарнизон Ильяза на свою сторону. Знать это Билалу пока не полагалось, разве что небольшую часть правды.

– Я прибыла сюда не в качестве невесты.

Слуга за его плечом поморщился, явно в ожидании гнева правителя. Я хорошо помнила, как вспыхнул принц Кадир, когда ему не отдали меня. Властители не привыкли получать отказ. Однако Билал лишь уронил дрогнувшую руку на стол и неловко разгладил скатерть, собираясь с мыслями.

– Чем же тогда я обязан сомнительной чести этого визита? – проговорил эмир.

Он совсем исхудал, глаза ввалились от мучений и бессонницы, но властный взгляд остался прежним. Даже теперь, на волосок от смерти, Билал не хотел признавать поражения.

Я с сомнением глянула на альба.

– Не беспокойся, – махнул рукой Билал. – Капитан не понимает ни слова по-нашему, а Анвар не станет переводить. – Он кивнул на молодого охранника. – Да и сам по-альбийски не очень-то, как всякий, кто от женщин поднабрался. – Солдат нахмурился, но промолчал. – Ничего, нам достаточно, лучшего толмача всё равно нет.

Капитан Уэсткрофт продолжал разглядывать меня с непроницаемым выражением, которому я не очень доверяла. Ладно, что поделаешь.

– Мы здесь, чтобы предупредить… – Я старалась держаться с таким же достоинством, как Шазад на переговорах, как будто мои четверо сподвижников и двое пленников могли хоть как-нибудь противостоять гарнизону крепости с арсеналом. – А ещё… сделать предложение.

Эмир Ильяза кивнул:

– Сначала я выслушаю предупреждение, вреда не будет.