Припрятанной козырной карты нет,

Не напевают о побеге тучи…

Не грезится о страсти неземной.

Нашла, того, кто нужен, и прильнула.

Искала, и себя не обманула,

Меня поймёт обретший землю Ной.

Я помню – глубина… И мерный треск

Бортов смолистых… Запах прелой кожи…

Мечты о пристани, щемящие до дрожи…

Всё позади, и волн приятен блеск

Когда стоишь на твёрдом берегу…

Всё хорошо. Но странное мне снится.

Летят сквозь сон неведомые птицы.

И что-то важное я вспомнить не могу…

Лето тянется паутинкой тонкой

Лето тянется паутинкой тонкой.

Каблуки вечерами стучат по асфальту.

Я твой образ воссоздаю потихоньку

Как мозаику из кусочков смальты.

Он объёмный, цветной, и почти без изъяна.

Создавать его, строить – такая отрада!

Но твердят мне, что это – картинка обмана,

Что всё рухнет, когда мы окажемся рядом.

Говорят мне: тобой, наконец, отболею,

Говорят, что непрочен раствор, не навечно…

Но я знаю, насколько намертво вклеен

Красный камешек смальты в виде сердечка!

Утренний туман

Сегодня утренний туман – как молоко…

Любимый мой, хороший – далеко…

А где-то серебристый, весь в росе,

Ждёт самолёт на взлётной полосе…

Казалось бы – так просто – взять билет,

И шесть часов лететь через рассвет…

И, просияв, к тебе легко шагнуть…

Но вкруговую нас обводит путь…

Когда ж пересекутся провода,

И заискрятся, и сомкнутся – навсегда?…

…Туман, туман, укутал всё вокруг,

Но солнце встало – истончился вдруг,

И засверкала мокрая трава…

Прими любви моей негромкие слова…

Слова надежды, нежности, тоски…

Пусть будут дни твои без горечи, легки....

Тебе

Хочу быть на шее твоей – медальоном,

Горошиной, крошкой в глубоком кармане,

Иль в краешке глаза слезинкой солёной,

Иль спрятаться в сердце, где всё без обмана.

Ты всё опасаешься, что потеряешь,

Что выронишь чашу – она разобьётся…

Ты словно идёшь до овражного края,

Где пропасть, дыша, пред тобой развернётся.

Но сколько б она ни текла, ни змеилась,

Я (видишь?) незримо к тебе прилетела.

И птицей на руку к тебе опустилась.

Ты чувствуешь тёплое, в пёрышках, тело?

Рукою взмахнёшь – улетаю на ветку…

Поверить, Фома, не желаешь, не можешь…

И, словно Адам, ощущаешь нередко

Нехватку ребра где-то слева, под кожей…

То далёк, то близок ты ко мне

То далёк, то близок ты ко мне.

И с тобой расстаться я не в силах

Наяву ль, в бреду, или во сне…

Но уйти – и в мыслях не просила…

Отходила поодаль не раз,

Ощущая через миг потерю,

Слёзы жгуче капали из глаз…

Всё же в расставание – не верю.

Иногда вдруг выдам: уходи,

Отлепись, и сам себя не мучай!

Только холод бродит по груди,

Кто сказал, что без тебя мне – лучше?

…Через Церковь души протащить,

Вычистить, и залечить коросты…

Огонёчек отыскать в ночи,

И понять, что счастье – это просто.

Теперь ты будешь долго, крепко спать

Теперь ты будешь долго, крепко спать.

Как спят бродяги и обиженные дети.

Как те, кому не ждать и не искать,

Как никому не нужные на свете.

Я вглядываюсь мысленно в черты,

Желая мира и сердечного здоровья.

Смотрю, как дышишь и вздыхаешь ты,

Незримо замерев у изголовья.

Так хочется погладить по плечу,

Но руки – сквозь… Не знаю – быль, иль небыль…

И, слёзы уронив, к себе лечу.

…Тебе приснится дождь, и капли с неба.

Твой голос

Твой голос… В нём – вибрации волнения,

Средь бархата есть золотая нить…

Замолкнет – и приходит сожаление…

Я жажду его снова пить и пить…

Сомнения меня уже не мучат.

Нужна тебе! Сегодня в мире – тишь.

Над городом сверкающие тучи…

О, телефон, ну что же ты молчишь?

Ну, оживи! Пусть голос твой прорвётся

Сквозь километры. Словно по лучу

Со дна привычного глубокого колодца

К тебе неудержимо я лечу.

Никто не верит, что вот так бывает,

Пророчат окончание игры.

Но рядом ты – себя я забываю,

Живу – до расставания поры.

А после погружаюсь в ожидание.

Пусть часто нестерпимое оно,

Но ты придёшь – и утолишь желание,

Как жажду – крепкое, чудесное вино.

Я знаю – ждут меня твои ладони

Я знаю – ждут меня твои ладони.

Твое тепло, и я к нему прильну…

Но от отчаянья душа незримо стонет:

Иду долиной, вижу пелену.

За нею ждет привычный и нелепый

Мир из чудовищных строений и мостов…

Из компромиссов лживых прочно слеплен,

И полон возмущенных голосов.

Живут в его глубоких переулках

Пустые ужасы, живые миражи…

Шаги невидимых – чуть слышно или гулко…

В нем невозможно постоянно жить.

Я сотни раз оттуда убегала,

Но возвращалась, как бродячий пес.

Нет сил моих. Немыслимо устала…

Но верю, что пройду его – насквозь.

И пусть душа сжимается и стонет,

Пройду я сквозь густую пелену.

Я верю – ждут меня твои ладони.

Твое тепло. И я к нему прильну.

Твой образ

Твой образ стал объёмнее и ближе…

Порою кажется, что интернетный, тот,

В сети блуждает… Ищет, чтобы выжить,

Родную душу, молится и ждёт…

А тот, что рядом, оглушен немного,

Слегка растерян – новое пред ним.

Он не спешит нырять, глубины трогать…

То радостен, то грустью он борим.

Заботы – волнами, и страхом пыл остужен,

Нарушен устоявшийся уклад…

Но, отдышавшись, понимает – нужен!

Необъяснимо, нереально – рад!

Любишь?

Твоя любовь – что дерево в тумане.

Не знаю – живо? Сухо до корней?