Читаем Дан приказ... полностью

Проехав метров двести, направились прямо на стоявшего посреди дороги верзилу-регулировщика. Он включил электрический фонарик и бросился навстречу машине, громко выкрикивая что-то, видимо, требуя остановиться. Давид Едиберидзе на мгновение включил фары и ослепил гитлеровца, находившегося всего в нескольких шагах от «виллиса». В тот же миг луч света выхватил из темноты и второго регулировщика, стоявшего чуть дальше, у мотоцикла с коляской.

- Дави машиной первого! - скомандовал Петр.

Едиберидзе резко надавил на газ, и вездеход рванул вперед, прямо на гитлеровца. Но тот ловко отскочил в сторону и с руганью приблизился к самой кабине, решив, [117] что имеет дело с недисциплинированным водителем, сбившимся с пути.

Когда голова регулировщика оказалась у самого плеча Едиберидзе, Павленко изловчился и ломиком-монтировкой сильно ударил фашистского солдата. Тот тихо свалился на обочину.

Второй регулировщик, еще не разобравшись в темноте, что произошло, поднял руку с автоматом и понесся прямо на машину, требуя остановиться. Он был сбит сильным ударом буфера и угодил под колеса вездехода.

- Остановить машину! - приказал капитан. - Регулировщиков и мотоцикл убрать с дороги в кукурузу.

- Никаких признаков жизни, - тихо сказал Яцына.

- Точно, - вторил Некрасов.

- Обождите с выводами, - вмешался в разговор капитан. - Внимательней осматривайте улицы и дворы. Гитлеровцы могли укрыться.

Проезжали улицу за улицей, ничего подозрительного не обнаруживали.

- Машины! - вдруг крикнул Михайлюк.

- Где?

- На соседней улице, около забора. Людей не видно.

Разведчики разом обернулись в ту сторону, куда указывал Михайлюк. Там стояло более ста грузовых автомобилей.

- Разрешите, я разведаю, что это за машины, - попросил сержант Яцына.

- Не нужно, - возразил Павленко. - Давид, остановите машину! Всем слушать задачу. Поедем по той самой улице, где стоит колонна. Пронесемся мимо на большой скорости и на ходу откроем огонь из автоматов и ручного пулемета. Михайлюку бросить в колонну пару гранат. Все делать по моей команде. В конце улицы выскочим «а северную окраину Деречке, а затем скроемся в зарослях кукурузы. Наша стрельба всполошит противника. Мы сможем хотя бы приблизительно установить его численность. Задача ясна?

- Все понятно, товарищ капитан, - ответили сержанты.

- Приготовиться! Давид, трогайте машину! Быстрее! Еще быстрее! Огонь! Гранаты к бою!

Вездеход мчал по улице Деречке, поливая свинцом немецкую колонну. Михайлюк метко бросил одну за другой две гранаты. Стрельба и взрывы гулким эхом разнеслись в утренней тишине. Городок вмиг проснулся. [118]

Крик людей, лай собак, треск автоматов и пулеметов - все слилось в долгий гул. Поднялась паника. На улицы выскакивали полуодетые гитлеровцы, стреляя на ходу куда попало.

Машина разведчиков, не сбавляя скорости, неслась к северной окраине. Еще несколько домов, а там - кукурузные плантации, ищи ветра в поле.

- Впереди немцы! - закричал Едиберидзе.

Из крайних домов наперерез «виллису» выбежали около десятка фашистов и открыли огонь из автоматов. Разведчики ударили в ответ. Гитлеровцы, низко пригибаясь, разбежались в разные стороны, оставив на дороге и возле заборов несколько убитых.

Через минуту вездеход мчался по пустынной полевой дороге, с обеих сторон закрытой высокими стеблями кукурузы. Деречке осталось позади. Кругом тихо. Разведчики решили остановиться - перевязать легко раненных Михайлюка и Некрасова.

- Теперь ясно, - сказал капитан, - ночью противник, интенсивно использует магистраль Орадья - Деречке для отвода своих войск из Трансильвании за Тиссу. А Деречке удерживает как выгодный узел дорог и перевалочный пункт.

- Сведения важные, товарищ капитан.

- Вот именно. Нужно как можно скорее добраться до Пюшпекладаня и сообщить эти данные маршалу Тимошенко.

В назначенное время все разведгруппы возвратились в Пюшпекладань и доложили Тимошенко обстановку. Семен Константинович внимательно сопоставил факты и сделал вывод: под покровом ночи противник отводит главные силы Трансильванской группировки за Тиссу, где создает мощный оборонительный рубеж. Отходящие войска используют все дороги южнее Дебрецена и удерживают в этом районе важнейшие узлы дорог.

- Не будем терять времени, - сказал маршал, обращаясь ко всем находившимся в его рабочей комнате. - С командующим фронтом я переговорю сам, а вы, товарищ Тюхов, поезжайте в штаб фронта и передайте мое требование перейти в решительное наступление на Дебрецен шестой гвардейской танковой армии, конно-механизированной группе Горшкова и тридцать третьему стрелковому корпусу. Цель: перерезать пути отхода противнику и встречными боями громить вражеские колонны. [119] Пятую воздушную армию срочно нацелить на колонны гитлеровцев и блокирование с воздуха занятых фашистами узлов дорог в районах городов Карцага, Дебрецена…

Маршал авиации Ворожейкин на самолете улетел к командующему 5-й воздушной армией, в 6-ю танковую армию направился полковник Постников, полковник Тюхов уехал в штаб фронта.