Читаем Дамский гамбит полностью

— Где тебя носит? Черт возьми! — сразу взорвался шеф. — Ты знаешь, сколько времени? Уже пять минут десятого. К тебе на сегодня клиент записан.

— Я не выйду сегодня.

— Что-о-о?! — голос взлетел вверх, густея на ходу.

— Я не могу… Мне нужны еще две недели.

Очень прошу! У меня проблемы.

— Проблемы у фирмы. Из-за тебя, — раздался голос механического существа. — Значит, так. Или ты выходишь сегодня после обеда, или можешь не появляться вообще. Я найду десять классных специалистов на твое место. Ты зажралась и навоображала о себе невесть что. Это приказ.

Откровенная грубость отнюдь не чужого человека больно ударила женщину. Она и так на пределе. А окружающие вместо того, чтобы протянуть ей руку помощи или хотя бы просто не мешать,. подсмеиваются, издеваются, толкают.

— Да пошел ты!.. — завопила Полина.

В этом крике она выпустила все напряжение, усталость последних дней. Трубка мгновение молчала. Потом все тот же бесцветный голос ровно произнес:

— С сегодняшнего дня вы уволены.

«Уволена… Уволена…» — понеслась в голове ошарашенной Полины бегущая строка. Идиотка!

Додумалась срывать зло на начальстве.

Дверь в ванную открылась. Полина воровато оглянулась. На пороге с испуганными глазами застыла племянница:

— Что случилось? Ты так закричала.

— Да? Я не заметила… Ты уже проснулась? Ничего не произошло… Просто какой-то негодяй достал меня телефонными звонками.

Девушка смотрела недоверчиво.

— Готовь завтрак… Я сейчас.

Полина долго умывалась холодной водой, пытаясь успокоиться и вернуть себе способность здраво мыслить.

На день они запланировали поездку в историко-краеведческий центр «Русич», расположенный в двадцати километрах от Старого Бора. Полина в тоске блуждала по музейным залам. Уволена! Господи боже! Куда она теперь пойдет? Для панели Полина слишком стара и безнадежно чистоплотна. Найти приличную работу в ее возрасте практически невозможно. Все хотят служащих до 35 лет. Словно после этой возрастной границы человек уже не способен ни на что, кроме бесконечных бюллетеней.

— Посмотри, какое чудо! — влезла в ее мысли племянница.

Полина мельком взглянула на огромную деревянную ступу:

— Да. Ничего.

Снова погрузилась в свои невеселые думы. «Он не найдет такого специалиста!» — завопило самолюбие. «Как же! — усмехнулось здравомыслие. — Еще и конкурс устроит на место Полины Вензы».

Неожиданно у нее возникло горячее желание вскочить в машину, помчаться в Новославянск и попытаться вернуть все на круги своя. Пока ее место не занял какой-нибудь самозванец.

Полина быстро огляделась и сникла. Куда она поедет? Надо ходить по музейным залам и пялиться на глиняные черепки и металлические побрякушки, которые имеют ценность только потому, что кто-то сляпал их двести лет назад. И никому нет дела, что ее личная жизнь крякнула и разлетелась на мелкие осколки.

Племянница виновато посматривала на замкнувшуюся в мрачном молчании тетку. Иногда обращалась к ней с робкими замечаниями.

— Хорошенький кувшинчик.

Полина, даже не удосужив посудину взгляда, рассеянно кивнула. «Какой кувшинчик! — хотелось ей завопить. — Мы с тобою только что лишились средств к существованию». Лихорадочно женщина пересчитала в уме наличность. Надолго этого не хватит. Нужно срочно одалживаться. В который раз Полина выругала себя за то, что несколько недель назад, отправляясь в Старый Бор, не прихватила с собою лишних тысяч десять. Теперь из-за собственной глупости приходится побираться.

Самая подходящая фигура на роль заимодавца — Ирина Смирнова. У нее какая-то должность в администрации Староборской области и хорошая чиновничья зарплата. Смирнова, конечно — тяжелый случай. Деньги она даст. Только прочитает перед этим лекцию о людях, умеющих устраиваться в жизни и тунеядствующих. Придется терпеливо выслушать. Кажется, независимости Полины пришел конец. В ближайшем будущем — во всяком случае.

Пока племянница спала, Полина помчалась к Ирине. На столе она оставила короткую безликую записку: «Скоро вернусь». К облегчению женщины, бывшая одноклассница не слишком ломалась и не очень хвасталась собственными жизненными успехами. Домой Полина понеслась в приподнятом настроении и с семью тысячами в кошельке. Квартира встретила ее тишиной. Женщина в панике обежала комнаты и без сил опустилась на диван.

На столе, как в насмешку, белела ее собственная записка: «Скоро вернусь». С запоздалым раскаянием Полина вспомнила, как вчера отгородилась от Светланы стеной молчания. Девушка робко попыталась достучаться до ее сердца. Но тетку одолевали заботы о хлебе насущном, и на племянницу она обращала не больше внимания, чем на пыльные черепки. К концу испорченной экскурсии девушка тоже плотно сомкнула губы, а ее взгляд вновь сделался темным, потерянным.

Полина закурила. Без сомнения, девушка отправилась на Охтырскую. Ведь живое не может без тепла. Тетка же снова отказала в нем девушке.

Женщина встала и с силой вдавила в пепельницу недокуренную сигарету. Полина отдернула пальцы, только когда почувствовала боль от ожога. Через полчаса она уже звонила в дверь сектантской резиденции.