Читаем Дама номер 13 полностью

Ноги его начали скрупулезное исследование, отграничивая подходящий прямоугольник для пятой точки: перспектива приземлиться аккурат на кучку дерьма его не очень беспокоила, но даже выпитое виски не помешало сообразить, что завершить шабаш в травматологии, где ему будут накладывать швы на задницу, порезанную битым стеклом или проткнутую проволокой, – это уже перебор. Наконец-таки он уселся на пол, облокотившись спиной о стену. И тут же его охватила паника: а что, если он заснет? Нет, не заснет, хотя и пьян. Слишком напряжены нервы, слишком боится, слишком маленький мальчик в Ночь королей ужаса[41].

Он взглянул на светящийся циферблат своих часов. Через тридцать пять минут настанет двенадцать. И появятся тринадцать.


Тень тихонько приблизилась. Оглядев стоявшую у ворот машину Рульфо, она догадалась о том, каким образом он проник вовнутрь. Подошла к машине и взобралась на капот.


«Как же они появятся? Верхом на метлах? На лимузинах? В облике кошек? Или крыс?»

Левой рукой он нащупал имаго в кармане своего грязного пиджака. Вновь прошелся по пунктам плана, разработанного еще дома: он отдаст им фигурку в обмен на нечто вроде пакта, который гарантирует сохранение жизни ему и его друзьям. Если верно, что они не могут отнять имаго, тогда у него есть козырь, которым он и не подумает пренебречь.

В это самое мгновение Рульфо что-то услышал. Слева от себя.

Он задержал дыхание и обернулся. В слабом лунном свете, проникавшем через окна склада, он не разглядел ничего странного. Может, это какая-то мелкая зверюшка? Или они. Но до назначенного времени оставалось еще двадцать минут. Он встал на ноги и принялся ждать развития событий, хотя больше ничего не происходило.

Нет, заснуть-то он не заснет.

Когда он снова уселся на пол, послышались шаги, теперь уже совершенно отчетливо, и перед ним выросла тень, словно колонна из ночной тьмы.


– Какого черта ты здесь делаешь?

– Ты разговаривал во сне. Вчера ночью, в твоей чертовой квартире, в твоем чертовом сне… Я не спала и все слышала. Хотела тебя разбудить, но не смогла. В жизни не встречала, чтобы кому-то снился такой кошмар, клянусь! Увидев, как ты дрожишь, кричишь и все такое, я подумала… В общем, подумала, что ты сейчас описаешься в кровати или что описаюсь я. Ну и тут я услышала, как ты говоришь, что придешь сегодня ночью на свидание… Не знаю, с кем, черт возьми, ты разговаривал или думал, что разговариваешь, но ты можешь не трудиться сообщать мне об этом… В меня вселился ужас, и я сбежала. – Она сунула кончик указательного пальца в рот и куснула – типичный жест Сусаны.

Рульфо понял, что в ее теле гораздо больше алкоголя и страха, чем в его собственном. Слабая паутина света чертила узоры на ее красном пальто.

– Но потом мне захотелось узнать, что ты затеял… Я вернулась к твоему дому и следила за тобой из-за угла… – Она усмехнулась в темноте. – Мне казалось, что я опять участвую в игре – одной из тех, которые придумывал для нас Сесар… Увидев, как ты вышел, я села в машину и последовала за тобой. Когда ты здесь остановился, я проехала по шоссе чуть дальше, чтобы ты ничего не заподозрил.

Рульфо вспомнился одинокий автомобиль, обогнавший его.

– Оставила машину чуть дальше по дороге и пешком вернулась сюда… И все это время я думала… Думала о том, что было между нами вчера, и нашла причину, почему ты так поступил, почему ты ответил на мой поцелуй и затащил меня в постель… – В голосе ее проступила ледяная ярость. – Ты хотел, чтобы я забыла о вашем деле, так? Хотел, чтобы я продолжала думать, что вся история – не более чем обычная семейная ссора. Но алкоголь, как говорит Сесар, он… агиографический?.. Думаю, что именно так говорится. Алкоголь творит чудеса и открытия. И вот сегодня вечером несколько джинов-тоников открыли для меня ваш блистательный план… И теперь мне понятно, что единственное, чем вы занимаетесь с тех пор, как вернулись из Барселоны, – вы пытаетесь защитить меня. – Последние слова, произнесенные с тщательно рассчитанным презрением, появились в окружении паров можжевеловой водки, а затем Сусана выплюнула заусенец. – Какие глупости, боже мой! Какие же придурки вы все, все мужчины…

– Тебе нельзя было приезжать. Нельзя было ехать за мной.

– Неужели ты думаешь, что меня хоть на грош волнует, чем вы вообще занимаетесь? – взорвалась Сусана. Ее слова пробудили неясное эхо в противоположном конце склада. – Это всего лишь заброшенный склад, Саломон!.. Какого дьявола ожидаешь ты найти в этом сучьем месте? Вы что, с катушек слетели оба?

Внезапно Рульфо почувствовал, как глупо и смешно спорить в этом темном и пыльном сарае, пропахшем крысиными какашками. Не так он представлял себе эту самую важную в его жизни встречу. Ощущение нереальности, которое постоянно появлялось у него в последние дни, вновь охватило его. Сусана в своем красном пальто, со своими духами, была словно воплощение голоса разума, прозы обычной жизни – и нет такой ведьмы, которой удалось бы этому противостоять. И что же, в самом деле, ожидал он здесь увидеть, когда часы пробьют двенадцать?

Перейти на страницу:

Все книги серии Большой роман

Я исповедуюсь
Я исповедуюсь

Впервые на русском языке роман выдающегося каталонского писателя Жауме Кабре «Я исповедуюсь». Книга переведена на двенадцать языков, а ее суммарный тираж приближается к полумиллиону экземпляров. Герой романа Адриа Ардевол, музыкант, знаток искусства, полиглот, пересматривает свою жизнь, прежде чем незримая метла одно за другим сметет из его памяти все события. Он вспоминает детство и любовную заботу няни Лолы, холодную и прагматичную мать, эрудита-отца с его загадочной судьбой. Наиболее ценным сокровищем принадлежавшего отцу антикварного магазина была старинная скрипка Сториони, на которой лежала тень давнего преступления. Однако оказывается, что история жизни Адриа несводима к нескольким десятилетиям, все началось много веков назад, в каталонском монастыре Сан-Пере дел Бургал, а звуки фантастически совершенной скрипки, созданной кремонским мастером, магически преображают людские судьбы. В итоге мир героя романа наводняют мрачные тайны и мистические загадки, на решение которых потребуются годы.

Жауме Кабре

Современная русская и зарубежная проза
Мои странные мысли
Мои странные мысли

Орхан Памук – известный турецкий писатель, обладатель многочисленных национальных и международных премий, в числе которых Нобелевская премия по литературе за «поиск души своего меланхолического города». Новый роман Памука «Мои странные мысли», над которым он работал последние шесть лет, возможно, самый «стамбульский» из всех. Его действие охватывает более сорока лет – с 1969 по 2012 год. Главный герой Мевлют работает на улицах Стамбула, наблюдая, как улицы наполняются новыми людьми, город обретает и теряет новые и старые здания, из Анатолии приезжают на заработки бедняки. На его глазах совершаются перевороты, власти сменяют друг друга, а Мевлют все бродит по улицам, зимними вечерами задаваясь вопросом, что же отличает его от других людей, почему его посещают странные мысли обо всем на свете и кто же на самом деле его возлюбленная, которой он пишет письма последние три года.Впервые на русском!

Орхан Памук

Современная русская и зарубежная проза
Ночное кино
Ночное кино

Культовый кинорежиссер Станислас Кордова не появлялся на публике больше тридцати лет. Вот уже четверть века его фильмы не выходили в широкий прокат, демонстрируясь лишь на тайных просмотрах, известных как «ночное кино».Для своих многочисленных фанатов он человек-загадка.Для журналиста Скотта Макгрэта – враг номер один.А для юной пианистки-виртуоза Александры – отец.Дождливой октябрьской ночью тело Александры находят на заброшенном манхэттенском складе. Полицейский вердикт гласит: самоубийство. И это отнюдь не первая смерть в истории семьи Кордовы – династии, на которую будто наложено проклятие.Макгрэт уверен, что это не просто совпадение. Влекомый жаждой мести и ненасытной тягой к истине, он оказывается втянут в зыбкий, гипнотический мир, где все чего-то боятся и всё не то, чем кажется.Когда-то Макгрэт уже пытался вывести Кордову на чистую воду – и поплатился за это рухнувшей карьерой, расстроившимся браком. Теперь же он рискует самим рассудком.Впервые на русском – своего рода римейк культовой «Киномании» Теодора Рошака, будто вышедший из-под коллективного пера Стивена Кинга, Гиллиан Флинн и Стига Ларссона.

Мариша Пессл

Детективы / Прочие Детективы / Триллеры

Похожие книги