Читаем Дальневосточный штиль полностью

Отряд изготовился пустить в ход заклинания и ружья, порядок действий бойцы обговорили заранее. Если тварь кинется на них — стрелять залпом с близкой дистанции, чтобы количество пуль переросло в качественные смертельные травмы. А если не заметит — дать ей вцепиться в еще одну овцу, ведь пока монстр будет занят своей жертвой, он превратится в очень удобную мишень. Ну а потерю еще одного животного крестьяне перенесут. Если что — стрельцы его и сами доедят с большим удовольствием.

Монстр удивил поджидающих его людей. Он направился не к загону с испуганно блеющим стадом, а к птичнику. И стал… воровать яйца. Земля частично осыпалась с него, сделав почти вполовину меньше, теперь некоторые из стрельцов даже превосходили ночного гостя по габаритам. Видимо, так чудовищу было удобнее поднимать с земли хрупкие, но при правильном приготовлении весьма вкусные продолговатые шарики, и шагать между истошно квохчущих куриц. Добычу он взял неожиданно скромную, управился всего за полминуты. После чего направился обратно к загону с овцами, открыл дверцу, позволив испуганно блеющему стаду вырваться наружу, и неспешно направился к своей кротовине.

Немедленно разбежавшиеся животные кинулись по дальним углам громадного сарая. А двое то ли самых дурных, то ли, наоборот, умных и свободолюбивых сиганули непосредственно в кротовину. Исконным жителем глубинных недр ночной гость все же не выглядел, высокий рост и гуманоидная форма с обитанием в толще земли сочетаются плохо. Доказано гномами, которые хотя и могут неплохо себя чувствовать в своих роскошных подгорных чертогах, но все равно при каждом удобном случае лезут наружу и строят свои крепости на приглянувшихся им скалах, а не у подножия. Следовательно, проделанный воришкой ход где-то должен был соединяться с поверхностью. Скорее всего, на значительном удалении от хутора, раз уж местные охотники ничего не обнаружили.

— Взять! — скомандовал Олег, посылая в вора шар из пламени, который должен был того всего лишь ослепить. Однако, похоже, чисто рефлекторно вложил в чары слишком много силы и на одних инстинктах взял правильный прицел, поскольку клубок огня разбился об укрытую слоем земли фигуру. И очень расстроился собственному поступку. Он не знал, что это такое, но если оно отдаленно похоже на человека, живое и никого пока не убило, то с ним можно было попробовать договориться. Не сказать чтобы в возрожденной Российской империи сильно любили духов или нелюдей… но все же если притащить в крепость подобное существо с обвинением только в краже скота, то казнить его не станут. Скорее всего. А вот приставить к какой-нибудь хозяйственно-полезной деятельности лет на двадцать — тридцать с контрольной печатью на ауре — это запросто.

Задержание ночного гостя как началось с ошибки, так и дальше пошло совсем не по плану. Чень, пытаясь продемонстрировать свою полезность, использовал боевое заклинание в виде воздушного серпа и едва не обезглавил цель. К своему собственному счастью, покрытое слоем земли создание как раз за секунду до командного выкрика выгнулось в обратную сторону, чтобы размять затекшую спину. А потому запущенное китайским магом волшебство с ним немножко разминулось, зацепив лишь нечто вроде длинного и толстого то ли каната, то ли щупальца, свисающего с левой стороны головы. В следующее мгновение испуганный женский визг наполнил помещение. Впрочем, извергающиеся изо рта оглушительные вопли не помешали ночному гостю, вернее — гостье, метнуться к свежевыкопанному подземному ходу. Правда, до него она все же не добежала. Набросившиеся на крикунью стрельцы повалили экстравагантно выглядящую даму на землю и почти погребли ее под своими телами, пусть и не смогли полностью заглушить ими тонкое пронзительное: «И-и-и-и!»

— Держи! Уйдет, стервь! — Второго Петра отбросило в сторону метра на два. — Ух и сильна, зараза!

— Бердышом ее по маковке! — советовал его тезка под номером три, бегая вокруг свалки, в которой места ему не нашлось.

— Ме-е-э! — возмущалась овца, мешавшаяся у него под ногами и потому пнутая куда-то под хвост.

— Я те дам «бердышом»! — рыкнул на него Идрис откуда-то из глубин человеческой кучи. Согласованность действий стрельцам все же следовало бы отработать получше. Не мешай они друг другу — и вор оказался бы скручен куда быстрее. — То ж баба!.. Ай! Кусается!

— Нора! Она закрывается! — Петр с последним порядковым номером обратил внимание на скрежет, с которым сотворенная ночным гостем кротовина оседала внутрь себя. Несколько секунд — и на месте изрядной кучи земли осталось лишь несколько не таких уж и крупных комьев, которые немедленно начали растаптываться в пыль солдатами и мечущимися по загону овцами. — А впрочем, и черт с ней. Не вылезет оттуда больше никто — и слава богу!