Читаем Дальневосточный штиль полностью

«Идти иль не идти? Вот в чем вопрос…» — терзался одной-единственной мыслью Олег, не решаясь ни сделать шаг вперед, ни убрать револьвер в кобуру. От предательства жены на душе было как-то горько… От понимания того, что раз супруге он больше доверять не может в одном вопросе, то не может доверять и в других, становилось еще хуже. Золото, которое сперли они на пару, делало тихий и мирный развод просто невозможным. Лишнего обладателя знаний о спрятанном в реке кладе изменница наверняка захочет устранить, чтобы остаться единственной претенденткой на несколько килограммов желтого металла. Может, затем она и начала готовить в последнее время, старательно делая вместо нормальной пищи всякую мерзость? Приучала мужа к трапезам, в которые легко подмешать яд, ведь на фоне остальных блюд «приправленное» кушанье покажется вполне вкусным и полезным…

Придется ударить первым. Ворваться сейчас и просто пристрелить ее вместе с любовником или немного подождать, чтобы инсценировать несчастный случай? В первом случае его будут судить обязательно, но сильно не накажут — повод вполне себе уважительный, ну а три-четыре штрафных года в армии с клеймом на шее, по меркам долгоживущих чародеев, не критичны. Во втором есть шансы еще и всеобщее сочувствие получить, но в случае всплывания правды на свет его репутация украсится огромным несмываемым пятном. И вместо нормальной, по меркам возрожденной Российской империи, военной службы он точно отправится либо в штрафные роты, либо на каторгу.

Внезапно Олег понял, что сейчас он умрет, поскольку смерть стоит у него за спиной и уже занесла косу для удара. И отреагировал парень так, как и положено боевому магу. Развернулся к ней грудью. Привычку встречать любую опасность именно этой частью тела старательно вбивали в армейском училище каждому будущему чародею, поскольку стандартный магический щит предназначался для отражения ударов именно из передней полусферы. И точка фокуса, в которой плотность барьера была максимальной, располагалась примерно напротив сердца, вопреки общественным предрассудкам расположенному не в левой части туловища, а ближе к центру. К тому же у брони там находились самые прочные части. Да и ребра, защищающие наиболее важные внутренние органы, на худой конец имелись.

— Ах ты паразит! — Глаза Анжелы пылали праведной яростью, а развевающиеся на невидимом ветру, подобно щупальцам медузы, волосы — серебряным пламенем. Точно таким же, как и громадное полуматериальное копье, которое не дотянулось до лица Олега какой-то жалкий сантиметр, столкнувшись с остановившим его удар барьером. Супруга Олега была далеко не самой слабой в мире ведьмой, и сейчас она определенно находилась в бешенстве, которое могло сподвигнуть ведьму на любую глупость. — Кого это ты тут трахаешь так, что надо мной уже вся крепость смеется?!

— Я?! — Только замешательство, вызванное выбором способа ответного удара, уберегло Анжелу от какого-то крайне неприятного заклятия. Возможно, смертельного. Чары из магии исцеления вполне сумели бы парализовать пациентке сердечную мышцу, а стандартные барьеры от столь тонкого воздействия не спасали. Телекинетический захват мягко и нежно мог выдавить за несколько секунд глаза, обойдя условия активации защитного артефакта. Да и заставить сдетонировать порох прямо в патронах, взорвав находящиеся в одном из карманов формы боеприпасы к штатному револьверу уже внутри энергетического кокона, было не так уж и сложно. Однако спустя секунду разум Олега все же закончил перебирать варианты мести, поскольку наконец-то включилась та часть мозга, которая отвечала за логический анализ. — Полагаю, того же, кого и ты! Причем прямо на нашей постели!

— Что?! — До Анжелы, похоже, тоже далеко не сразу дошел смысл его слов, настолько она была зла. Однако уже спустя пару секунд на ее лице замелькал целый калейдоскоп эмоций. Растерянность, неверие, облегчение, испуг, гнев и, наконец, какое-то болезненное нездоровое любопытство, смешанное с подозрительностью. — Но если я тут. И ты тут. То кто там?!

— Эм… — Ответа на заданный вопрос у Олега не было. А звуки страстного занятия любовью, наполняющие строение, тем не менее тише не стали. Видимо, любовники оказались заняты друг другом в достаточной мере, чтобы не заметить разыгравшуюся на пороге дома семейную драму, едва не переросшую не то в магическую дуэль, не то в бытовое убийство. — Воры?..

— Это какие же воры такие, хотелось бы мне знать, что не утерпели и наш матрас вместо того, чтобы к себе унести, прямо тут использовать начали? — Голос Анжелы не обещал нежданным визитерам ничего хорошего. Как и копье серебряного пламени в руках, хоть и несколько снизившее интенсивность своего сияния, но вовсе не исчезнувшее. — Кстати, милый, извини за тот удар. Похоже, я дура куда больше, чем раньше думала.