Читаем Дальневосточный штиль полностью

Мран, в которого попали гранатой, на этот счет ничего уже не мог возразить. Брякнувшись о землю, он снова попытался взлететь, но не успел — голову монстра размозжили прикладом пищали, перехваченной на манер дубины. Тело, правда, еще скребло снег устрашающими когтями, но эту агонию принимать во внимание не стоило. Как и наступать на стопроцентный труп — остатки рефлекторной активности вполне были способны сподвигнуть оный на удар жалом даже спустя пару часов после того, как прекратится всяческая мозговая деятельность.

— А зачем орал: «Граната!»? — ядовито осведомился Олег, пытаясь повторить свой недавний успех в магии огня. Жалкий пучок искр, сорвавшийся с его пальцев, цели не понравился, но желаемого эффекта все же не произвел. Глаз чудовищной птицы хоть и пострадал, а сама она испытала сильную боль, но тем не менее пернатое из боя не вышло и продолжило наседать на стрельцов. Четверо из них охраняли остальных, угрожающе маша на мранов бердышами, а остальные тем временем перезаряжались, дабы без лишних помех пристрелить опасных в ближнем бою птах.

— Ну так ведь граната! — Олег сплюнул на землю и мысленно пообещал себе, что наказания этот умник после боя не избегнет. Но плеть — это слишком мягко. Он найдет Святослава и заставит его провести урок изящной словесности! Да, есть опасность, что после этого никто и никогда больше не услышит от стрельца ничего кроме проевшего ему все мозги жизнерадостного: «Дык!». Однако на сей риск стоит пойти, дабы раз и навсегда вбить в остальных подчиненных понимание того, в каких случаях уместно подавать такого рода сигналы.

Противостояние десятка с небольшой стайкой мранов закончилось довольно неожиданно. С соседней улицы на шум заглянул один из старших офицеров «Воздушной танцовщицы», а затем птицы взяли и дружно умерли. Ну сложно им было этого не сделать, когда именно на таком развитии событий настаивает потомственный некромант, у которого даже фамилия — Погребельский. А имя — Бахарь. С точки зрения многочисленных в Сибири язычников, придерживающихся старых славянских обычаев, вполне достойное. Однако на вечеринках аристократов над чародеем из-за него частенько подшучивали, чем надежно отвратили темного волшебника от так называемого высшего общества.

— А, это ты… — Олега данный аристократ не то чтобы недолюбливал… считал его в целом человеком хорошим, но слишком уж импульсивным. Не нравилось магу смерти, что корабельный целитель в числе прочих магических наук навострился использовать и азы его жутковатого искусства. Точнее, у него вызывала опасение недостаточная квалификация самоучки, способного самостоятельно анимировать свежий труп. Слишком много история знала примеров, когда адепты данного направления совершали ошибки, приводящие к массовым жертвам. Тем же стихийникам в этом плане было проще — постэффекты после неправильного использования огня или воды стабильно оставались на одном месте, постепенно исчезая благодаря все расставляющему на свои места круговороту веществ в природе. А вот неправильно оживленные или не до конца упокоенные некрообъекты имели тенденцию расползаться, питаться и размножаться. — Помощь нужна?

— Справляемся потихоньку. — Олег оглядел мертвых птиц и пришел к выводу, что его десятку еще повезло. Никаких толп зомби, отвлекающих на себя внимание, пока мраны заходят сверху. Видимо, обитатели этой улицы и сами спрятались, и свои хлевы с конюшнями хорошо успели на замок закрыть. — А у тебя раненые есть?

— Царапины, ссадины, один открытый перелом и парочка поверхностных некроожогов, появившихся, когда я омертвил те ткани, куда птицы своими жалами ткнули. В общем, мелочи, не стоящие особого внимания, — безразлично откликнулся истинный маг, которого в силу специализации прикончить было несколько сложнее, чем большинство других людей. Представители рода потомственных некромантов после получения несовместимых с жизнью травм вполне могли решить подождать немного, пока само зарастет. — Ничего такого, ради чего стоило бы замедляться. Слышишь, как орут? А-а-а, проклятье!

Улетающий от каких-то солдат мран пронесся над крышами домов черной молнией и был встречен сразу пятью или шестью выстрелами от спутников мага смерти. Однако стрельцы, все как один, промазали, а чудом избегнувшая свинца птица от облегчения расслабилась настолько, что брызнувший из нее помет по крутой дуге окатил Погребельского. Нет, тот был защищен магическим щитом, но, видимо, тот оказался какой-то темномагической модификации, против подобных угроз не приспособленной. Горячая жидкость, забрызгавшая офицера, оказалась встречена на подлете полотнищами призрачного пламени и убита минимум трижды. Но менее вонючей и противной от этого не стала.