Читаем Дальневосточный штиль полностью

Целителю только и оставалось, что согласно кивнуть. Потомки слуг последнего известного гиперборейца оставались одним из самых загадочных сообществ Сибири. И именно они были виновны в том, что значительные ее районы так и оставались на картах белыми пятнами. Большинство тех, кто пытался прийти в гости к кащенитам, исчезали без следа. У восточных же контрабандистов шансов договориться с затворниками было примерно на порядок больше, чем у случайного русского путника или тем более географической экспедиции. Несмотря на то что «царь в железной короне» пал незадолго до начала одиннадцатого века, остатки его державы до сих пор считали себя находящимися в состоянии войны со славянами. Плодящиеся в громадных количествах чудовища охраняли затерянные посреди лесов руины городов и храмов, обитатели которых сохранили над тварями некоторую власть. Повести эту армию в атаку сектанты не могли, но и сохранивших крупицы знаний гиперборейцев-людей большая часть монстров не трогала. Да, за века, прошедшие с гибели своего бога, кащениты изрядно сократились в числе, утратили большую часть своих сил и уже около тысячи лет находились в полудобровольной изоляции… но тем не менее сбрасывать их со счетов не стоило. Возможно, эти обитатели сибирских лесов и ходили в одежде из шкур, но ведь как-то они умудрялись отстоять свои владения от правителей Руси, не отказавшихся бы разжиться новыми подданными и секретами древней магии.

Плац был не то чтобы полон народу, но все офицеры крепости, за исключением бессменного коменданта, там собрались. Развлечений толпе ссыльных не могли предоставить ни Стяжинск, ни охраняющий его форт. Лесорубы, охотники, рыбаки и совсем немногочисленные крестьяне являлись людьми простыми, и дальше душевных песен в кабаке и пьяного мордобоя там же не заходили. Владеющий этими землями испокон веков архимагистр отдыхал душой вдали от крепости. Прослойке в виде интеллигенции зародиться было неоткуда. Даже представительницы древнейшей профессии в городке особым спросом не пользовались. Тех, кто из себя более-менее что-то представлял, регулярно сманивали находящиеся не так уж и далеко портовые бордели.

Схватка по какому-то формальному поводу, не имеющему ни малейшего отношения к истинной подоплеке событий, началась стремительно. Вот опускается рука судьи, которым в этой дуэли выступал отец Федор, и сразу же скатывается с плеч голова одной из участниц, бешено вращающая вылезающими из орбит от боли глазами и отчаянно разевающая в немых воплях агонии рот. Шейная цепочка, с самым обычным серебряным крестиком, внезапно просто перерезала ее шею и улетела куда-то в сторону крепостной стены. Кровь из шеи брызнула фонтаном, но на двух стоявших рядом с покойной ведьм не попала. Они словно размазались, став чем-то вроде обретших объем теней. И уже в таком виде полетели к троице соперниц, презрительно игнорируя магические удары и выстрелы, проходящие сквозь них, как сквозь туман.

Полной бестелесности от своих противниц начавшие дуэль с убийства колдуньи не ожидали. Они совокупными усилиями попытались поставить какой-то барьер — но не успели. Разгневанные мстительницы налетели на них ураганом, и в разные стороны полетели красные брызги: хотя пальцы ведьм и напоминали плотные клубы дыма, но человеческую плоть они тем не менее резали не хуже ножей. А артефактные щиты, похоже, против подобной угрозы оказались просто-напросто бессильны. Шесть или семь секунд длилась кровавая вакханалия, а потом почти уже победивший дуэт вновь обрел материальность. То ли наложенные ими заклинания выдохлись, то ли кому-то из их основательно изрезанных соперниц удача улыбнулась нужные контрчары вспомнить.

Эскалация дуэли развивалась стремительно, обе стороны конфликта понимали, что с противницами стоит разделаться как можно скорее. Троица истекающих кровью, но все еще держащихся на ногах ведьм схватилась за клинки, ведь мечи в ближнем бою частенько оказывались быстрее волшебства. А их противницы выхватили револьверы, барабаны которых они просто не успели опустошить. Сталь и свинец ударили в энергетические барьеры, прикрывающие тела в армейской форме.