Читаем Дайвинг - Блюз полностью

направлении заката. Охваченные теплым, совсем еще летним ветерком, они мчали по мягким тарханкутским

буеракам в степь. Байки подбрасывало на каменных, словно выросших из земли кочках, но это только добавляло

задора, словно вернувшегося из детства.

Дорогой он рассказывал, притормаживая на ухабах:

— Эта степь и есть конец кочевого пути. Кстати, единственное нетронутое, непаханое место во всей Европе.

Сохранилось таким, как было в древности. Так и кажется, что из ближайшего распадка появится конный разъезд

каких-нибудь сарматов. Или половцев, на худой конец. Смотри, здесь прикольное место: дорога уходит в три

стороны. Только путеводного камня на развилке не хватает. Ничего не напоминает?

— Да, как в древней былине: направо пойдешь — богатство найдешь, прямо — любовь, а налево — все

потеряешь.

— Выбирайте дорогу, мисс. Проверим на удачу.

Озорница прибавила прыти и поехала по дорожке прямо. С кручи распадка открывался вид на всю бухту, мыс

и на конце его подающий световые сигналы Тарханкутский маяк. И, все дальше отдаляясь от поселка, уходили они

вместе с закатом в другой мир. Мир взаимности чувств и потребности друг в друге.

Перевалив через кручу пересохшего водораздела, они быстро спускались в маленькую лощину.

— Слушай, мне кажется, и я начинаю чувствовать, как энергия поднимается внутри. В детстве, когда каталась

на качелях, так было, — кричала она ему, отчаянно прокручивая педали.

— Это чувство пространства. Так бывает, когда быстро мчишься, — кричал он ей в ответ.

Потом еще один подъем, дальше ровное, как степь, плато, на котором разгуливал вольно табун черных и

коричневых лошадок. Лошадиная молодь бежала чуть в стороне от весело несущимихя в пространстве наездников,

конячки победно ржали, обгоняя, и сворачивали, обратно в степь.

Наконец они достигли высокого обрыва. Было страшно и интересно. Любопытство толкало увидеть пропасть

как можно ближе, подойти к самому краю земли. А с моря дул в грудь, отталкивая, плотный ветер, который,

казалось, можно было хлебать ртом, как эфирную массу. И он заставлял слова застревать в горле.

— Потрясающе! — не могла надышаться Данка. — Есть еще привольные места для тех, кто одинок вдвоем.

Места, где веет дух свободной стихии моря! На этих кручах тарханкутских витает мощная энергетика. Правда. Мне

раньше многие, кто побывал здесь, говорили. Ну ведь недаром дед тот, рыбак, рассказывал, что всякие духи тут