Читаем Дай пять полностью

Я откинула одеяло и отправилась в кухню попить апельсинового сока. Только никакого сока там не имелось. Вообще никакого сока, потому что я никак не схожу в продуктовый магазин. В холодильнике все еще лежали остатки матушкиной стряпни, но никакого сока.

Мне в самом деле требовался сок. И батончик «Сникерс». Будь у меня шоколадный батончик и сок, я наверно смогу забыть о сексе. В действительности, мне даже не нужен сок. Только «Сникерс».

Я натянула старые серые спортивные штаны, сунула ноги в незашнурованные кроссовки и надела поверх фланелевой ночной рубашки куртку. Потом схватила кошелек и ключи, и, поскольку старалась не вести себя, как дура, то прихватила пистолет.

- Не знаю, черт возьми, за чем ты там собралась, - подал голос с дивана Бриггс, - но захвати и на мою долю.

Громко топая, я вышла из квартиры и прошла к лифту.

Дойдя до парковки, я поняла, что захватила с собой ключи от «порше». То был перст судьбы. Ха! Кто я такая, чтобы спорить с судьбой? Я просто обязана поехать на «порше».

Я собиралась до «Севен-илевен», но там я очутилась в мгновение ока. И было стыдно, по меньшей мере, не испытать машину на неисправности. Особенно потому, что я еще не нашла никаких неполадок. Я проехала дальше вглубь Гамильтон, свернула в Бург, покружила там, оставила Бург, и, черт возьми, не успела понять, как это получилось, уже была перед домом Морелли. Его пикап стоял у тротуара, а в доме было темно. Я поторчала с минуту перед домом, думая о Морелли и представляя, как уютно с ним в постели. Ладно, какого черта, подумала я, может, стоит позвонить в дверь и сказать ему, что я проходила тут мимо и решила заглянуть. Что тут плохого? Просто дружеский визит. Я мельком взглянула на себя в зеркало заднего вида. Фу. Нужно что-то сделать с этими волосами. Заодно вспомнила, что забыла побрить ноги. Гадство.

Ладно, может, и не такая хорошая идея – навестить Морелли прямо сейчас. Наверно, стоило бы сначала съездить домой, побрить ноги и подобрать белье посексуальней. Или, возможно, следует просто подождать до завтра. Двадцать четыре часа, плюс-минус два. Не уверена, что смогу продержаться двадцать четыре часа. Он был прав. Я хотела его до безумия.

«Очнись! - сказала я себе. - Мы здесь говорим о простом половом акте. Это же не сердечный приступ, чтобы требовалась срочная медицинская помощь. Можно и подождать двадцать четыре часа.»

Я глубоко вздохнула. Двадцать четыре часа. Мне уже лучше. Я под контролем. Я рациональная женщина. Наконец, я завела мотор и поехала дальше по улице.

Легче легкого. Я могу выдержать.

Я доехала до угла и заметила в зеркальце заднего вида свет фар.

Не так уж много людей в этом районе, работающих по ночам. Я завернула за угол, припарковалась, выключила фары и понаблюдала, как перед домом Морелли остановилась машина. Пару минут спустя из нее вышел Морелли и направился к двери, а машина развернулась и поехала в мою сторону.

Я покрепче вцепилась в руль, чтобы у «порше» не возникло соблазна дать задний ход и помчаться обратно к Морелли. Меньше двадцати четырех часов, повторяла я, и мои ноги станут гладкими, как шелк, а волосы чистыми. Но постойте! У Морелли же есть душ и станок. Все вздор и чепуха. Нет смысла ждать.

Я дала задний ход, как только та, другая машина доехала до перекрестка. Мельком взглянула на водителя и почувствовала, как сердце замерло в груди. За рулем сидела Терри Гилман.

Что я сказала? Терри Гилман!

У меня аж потемнело в глазах. Вот же дерьмо. Какая же я дура. Даже не подозревала. Я подумала, что он изменился. Верила, что он отличается от других Морелли. Я тут волнуюсь о непобритых ногах, когда Морелли разгуливает бог знает где с Терри Гилман. Ха! Гром среди ясного неба.

Я наблюдала за машиной, пока та не миновала перекресток и двинулась дальше. Терри не подозревала о моем присутствии. Наверно, планировала остаток ночи. Типа собиралась пристукнуть чью-нибудь бабушку.

Ладно, кого волнует Морелли. Только не меня. Нужен он больно. Меня только одна вещь заботит. Шоколад.

Я поставила ногу на педаль и рванула от тротуара. Дорогу мне. У Стефани «порше», и Стефани нужен батончик «Сникерс».

Я доехала до «Севен-илевен», вихрем промчалась по магазину и вышла оттуда с полной сумкой. Эй, Морелли, вот тебе оргазм.

Я въехала на стоянку с ненормальной скоростью, взвизгнув тормозами, остановилась, протопала вверх по лестнице, прошла холл и пинком открыла дверь.

- Дерьмо!

Рекс прекратил бегать по колесу и воззрился на меня.

- Ты не ослышался, - подтвердила я. – Дерьмо, дерьмо, дерьмо!

Поднялся с дивана Бриггс.

- Что за черт происходит? Я тут пытаюсь хоть немного поспать.

- Не испытывай судьбу. Не говори со мной.

Он искоса взглянул на меня:

- Что это на тебе? Это что, новая форма контроля за рождаемостью?

Я сграбастала хомячью клетку, пакет конфет, свалила все на кровать и с треском захлопнула дверь. Сначала я съела батончик «100 Гранд», потом «Кит-Кат», за ним «Сникерс». Меня стало подташнивать, но я сжевала «Малышку Рут», «Миндальную Радость» и конфеты с арахисовым маслом «Ризис Пинат Баттер Кап».