Читаем Дай пять полностью

- Ларри, это Стефани Плам, помните меня? – представилась я.

- Конечно, - ответил Ларри, - но я сейчас немного занят.

- Я читала про Марту…

- Да, конечно, Марта. Так что у вас?

- Мусор моей тети. Дело в том, Ларри, что грузовик только что был у ее дома и не забрал мусор.

Последовал долгий вздох.

- Это потому что она не оплатила счет. Нет записей об оплате.

- Мы уже обсуждали это вчера. Вы сказали, что обо всем позаботитесь.

- Послушайте, леди, я старался. Но записей об оплате нет, и, честно говоря, я думаю, что Марта была права: вы и ваша тетя пытаетесь надуть нас.

- Послушайте, Ларри!

Ларри положил трубку.

- Ты, долбанный хрен! – прокричала я в телефон.

Тетя Мейбл выглядела потрясенной.

- Простите, - сказала я ей. – Увлеклась.

Я спустилась в подвал, взяла погашенный чек мусорной компании из стола дяди Фреда и положила его в сумку.

- Разберусь с этим завтра, - пообещала я. – Я бы занялась этим сегодня, но у меня нет времени.

Мейбл заламывала руки.

- Мусор начнет вонять, я ведь оставила его на солнце, - переживала она. – Что подумают соседи?

Я мысленно постучала головой о стену.

- Никаких проблем. Не беспокойтесь.

Она робко улыбнулась мне.

Я попрощалась, промаршировала к тротуару, вытащила крепко перевязанный пластиковый пакет из мусорного бака и засунула в багажник своей машины. Потом доехала до «RGC», выставила мешок на тротуар перед входной дверью их конторы и смылась.

Какая я находчивая женщина, а?

Всю дорогу назад я размышляла о дяде Фреде. Думаете, что дядюшка Фред видел, как кто-то это сделал? Ну, не совсем так. Предположим, он увидел, как кто-то вытащил мусорный мешок из багажника и поставил на тротуар вместе с чьим-то выставленным мусором. Представим, что он по той или иной причине поинтересовался, что в мусорном мешке.

Передо мной вырисовывалась правдоподобная картина. Я могла представить, как это случилось. Одного я не могла взять в толк, если все так, как я представляла, то почему дядя Фред не заявил в полицию. Может, он знал человека, выбросившего мусор. Но тогда зачем ему фотографировать?

Погодите, а если наоборот? Предположим, кто-то увидел, что дядя Фред выбрасывает мешок. Они подошли посмотреть, обнаружили тело, сфотографировали улики и попытались шантажировать дядюшку. Кто бы проделал такую штуку? Торчок. И, может быть, дядя Фред ни с того, ни с сего испугался и подался куда-нибудь на юг в бега.

Что здесь не сходилось? Я не могла представить дядю Фреда, расчленяющего цепной пилой какую-нибудь женщину. И бессмысленно шантажировать дядю Фреда, потому что у него нет никаких денег.

* * * * *

Подол моей юбки от черного костюма возвышался над коленями на два дюйма. Жакет сидел как влитой. Белая обтягивающая трикотажная блузка была заправлена за пояс юбки. Вдобавок я надела черные колготки и черные туфли на каблуках. В черной кожаной сумке лежал тридцать восьмой. И по особому случаю я зарядила в эту глупую штуковину несколько пуль… на случай, если покажется Рейнжер и проведет контрольный досмотр.

Торчок также пребывал на стоянке, припарковавшись позади моего «бьюика».

- Собралась на похороны?

- Предстоит поработать шофером у одного шейха, отвезти из Нью-Арка. Остаток дня придется провести за городом, а я беспокоюсь за Мейбл. Тебе все равно, похоже, нечего делать. Думаю, ты с таким же успехом мог бы поболтаться и ничего не делать поблизости дома Мейбл.

Займи его делом, подумала я. Не давай парню бездельничать.

- Ты хочешь, чтобы я защитил народ, на который я давлю?

- Ага.

- Так не пойдет. И с какой стати ты взялась за какую-то чертову работу шофером? Предполагается, что ты ищешь своего дядю.

- Мне нужны деньги.

- Тебе нужно найти Фреда.

- Ладно, признаюсь, как на духу… я не знаю, как найти дядю Фреда. Я проверила все наводки и ничего не нашла. Может, мне поможет, если ты признаешься, что ты ищешь.

- Я ищу Фреда.

- Зачем?

- Знаешь, тебе лучше отправляться, - заметил Торчок. – Ты опаздываешь.

* * * * *

Гараж на пересечении Третьей и Маршал не имел названия. Наверно, в телефонной книге он значился под чем-нибудь, но на фасаде здания не было никакой вывески. Просто кирпичное здание с забетонированной парковочной стоянкой, огороженной цепью. Сбоку здания имелись три отсека, выходящие дверями на парковку. Двери были распахнуты, и в каждом из отсеков над машинами трудились парни. Я завела «бьюик» на место рядом с одним из лимузинов, закрыла его и бросила ключи в сумку.

Ко мне вразвалочку подошел парень, похожий на Антонио Бандераса, видавшего лучшие дни.

- Отличная машина, - сказал он, оглядывая «бьюик». – Черт возьми, сейчас таких машин уже не делают. Красавец. Настоящая прелесть.

- Угу.

Этот красавец жрал галлон бензина за четыре мили и вписывался в повороты, как грузовик-рефрижератор. Не говоря уже о том, что он наносил урон моему представлению о себе самой. Мой собственный образ виделся мне, как нечто быстрое, гладкое и черное, а не луковицеобразное и голубое. Красный бы пошел тоже. И мне нужен люк в крыше автомобиля. И хорошая аудиосистема. И кожаные сидения…

- Вернись на землю, детка, - сказал Бандерас.