Читаем Дача (июнь 2007) полностью

Весь ход событий показал: эффективное устройство детей в семьи вовсе не означает облегчения для бюджета. Даже напротив. Чтобы дети жили с новыми родителями, государство должно платить - и как бы не больше, чем раньше.

Ситуация с сиротством в России традиционно тяжелая. Детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, приблизительно 800 тысяч человек (по данным Госкомстата на апрель 2007 года - 731 тысяча; данные Минобра и Минсоцздрава разнятся на несколько десятков тысяч). Население детских домов и интернатов гораздо меньше: 260 тысяч. Остальные «устроены в семьи», то есть живут с опекунами (бабушками-дедушками, родственниками и пр.) либо в замещающих семьях (патронат, приемная семья). Из этих 260 тысяч усыновлению подлежат 173 тысячи человек - контингент Федерального банка. За год страна огромная усыновляет столько же, сколько иностранцы, - тысяч по семь-восемь (около 30% из них - внутрисемейные усыновления: отчим становится отцом, тетка мамой). Правда, в прошлом году наши впервые за последний десяток лет победили, обошли иностранцев на несколько сотен человек, ура! Но благодаря не филантропическому энтузиазму, а скорее Генпрокуратуре, придушившей изрядное количество международных агентств после серии скандальных убийств русских малышей, совершенных американскими родителями-психопатами.

Каждый год приблизительно 100 (по данным Минобра - 140) тысяч детей устраиваются в семьи. Казалось бы, отличный темп, еще немного - и богоугодные заведения опустеют. Но пустеть они вовсе не собираются: ежегодно происходит восполнение контингента. Те же 100 тысяч новых детей ежегодно «выявляются» органами опеки. Вас этот заменит и тот - детдома не терпят пустот. Этот дурной конвейер кажется неостановимым.