– Госпожа! – радостно произнесла Маха. Она поклонилась Марии и, напевая под нос весёлую песенку, поспешила к выходу из часовни. Мария лишь ненадолго задержалась. Помолившись перед распятием, она направилась в покои Анны. По пути туда Марию охватило непонятное волнение. Появилось предчувствие надвигающейся беды. «Неужели с Жаном случилось беда»? – в какое-то мгновенье возникла мысль, но она тут же отбросила её. Не может быть. С ним ничего не может случиться. Однако назойливые мысли всё более беспокоили Марию. С каждым шагом, приближающим её к покоям Анны, на душе становилось всё тревожней. Усилием воли Мария попыталась подавить беспокойство. К тому времени она уже подошла к покоям. Дверь, как ни странно, была полуотворена. Мария заглянула в просвет и тут же инстинктивно отпрянула назад. Она увидела…отца Бернара. Лицо священника, всегда спокойное и доброе…исказила гримаса. Он стоял возле корыта с водой, над которым поднимались клубы пара. Мария увидела, как он извлёк из-под одежды какой-то предмет. Это был маленький, изящный ларь. Он открыл его и достал из него пузырёк с жидкостью. Затем откупорил его и вылил жидкость в воду. Увидев это действие, Мария заподозрила неладное. Она резко рванула дверь и вошла внутрь. Завидев её, отец Бернар вздрогнул и выронил пузырёк в воду. Лицо его в одно мгновение стало совершенно бледным. Остановившись напротив него, Мария резко спросила:

– Что вы делали? Что вы вылили в воду?

Отец Бернар воровато огляделся по сторонам. Кроме них двоих никого больше не было в комнате. Убедившись в этом, он устремил взгляд, полный ненависти на Марию, и сквозь зубы прошипел:

– Яд! Она умрёт,…но после тебя!

Мария даже не успела осознать происходящее. Отец Бернар бросился к ней и, вытащив кинжал, несколько раз воткнул ей в тело. Расправившись с невольным свидетелем своего преступления, он бросил кинжал и выбежал из комнаты. Почти сразу же за дверью раздался удивлённый голос Анны:

– Что с вами, святой отец? Куда вы так спешите?

Не получив ответа, Анна вошла в свои покои и сразу же остановилась…глаза её выражали неописуемый ужас. Она издала душераздирающий крик. На полу, возле корыта с водой…лежала Мария. Её грудь бурно вздымалась, а вокруг тела расползалась лужа крови. Анна бросилась к ней. Встав на колени, она подняла голову Марии и, что было силы, закричала:

– Помогите! На помощь! Спасите…мою сестру!

Безжизненное лицо Марии дрогнуло, а побелевшие губы издали едва слышимый шёпот:

– Вода…отравлена…

Глаза Марии закрылись. Руки безвольно повисли. Обняв её голову, Анна рыдала. В комнату начали вбегать слуги….

Глава 64

Схватка

Брат Калистор встретил Таньги на старом месте у берега Сены. К его удивлению, Таньги пришёл не один. С ним пришёл ещё один человек с ног до головы закутанный в чёрную одежду. Как ни старался брат Калистор рассмотреть его лицо, но так и не смог. Немного позже сюда же, к неудовольствию монаха, пришли ещё два вооружённых до зубов человека. Таньги провёл с ним короткую беседу:

– Монастырь окружён? – спросил у одного из них Таньги.

– Да! – ответил тот.

– После того как процессия с его величеством войдёт в монастырь, никто не должен войти или выйти оттуда. И будьте готовы двинуться внутрь, как только настанет такая необходимость.

– А как мы узнаем?

– Вот этот человек передаст вам послание! – Таньги показал рукой на брата Калистора. Тот весь съёжился, когда в него упёрлись два жёстких взгляда. Но сразу стало легче, ибо эти страшные люди ушли. Монах проводил их уход опасливым взглядом, а потом осторожно поинтересовался у Таньги по поводу личности его спутника.

– Несчастный грешник, нуждающийся в утешении. Он пойдёт с нами. А это вам награда от короля за верную службу, – Таньги вытащил тощий на вид кошелёк и передал его монаху. Тот быстренько запрятал его в надёжное место под рясой и с неудовольствием проронил:

– Такой же скряга,…даже смерть его не исправит, прости меня господи, – монах поспешно перекрестился. – Как вы могли служить такому недостойному человеку, уважаемый брат?

– Я сам себя спрашивал не раз и увы…не находил ответа, – по непонятной для монаха причине, Таньги бросил насмешливый взгляд в сторону своего спутника.

– Недостойный король. Ему одна дорога – в ад. Совершил столько мерзостей, а сейчас пытается замолить грехи. Кто их отпустит этому чудовищу? Разве такой же негодяй, как и он сам.

Над ухом Таньги раздалось яростное шипенье:

– Закрой рот этому мерзкому монаху, пока я не потерял последние остатки своего терпенья!