Читаем Contra Dei 2 полностью

13. Если хотите, назовите своё имя. Если это не паспортное имя, поясните его значение и что оно несёт для Вас лично.

Меня зовут Антон. Это — моё паспортное имя, ибо я из принципа не пользуюсь никакими псевдонимами, а в оккультизме, естественно, у меня есть своё Имя, которым я посвящён, но афишировать его по понятным причинам я не собираюсь. А в качестве социального псевдонима меня вполне устраивает моё паспортное имя.

№ 2

1. Расскажите о том, как Вы ощутили свою принадлежность к Тьме.

Со мной сложная ситуация — я не осознал в какой-то момент принадлежность ко Тьме, я вырос таким сразу, и лишь позже узнал, что, оказывается, бывают и Светлые.

«Зло приходит с Севера».

Я вырос в семье военного офицера за полярным кругом — в городе Североморск, приезжая в среднюю полосу лишь на пару месяцев летом. Я всегда видел то, чего не было у абсолютного большинства других детей — полярный день, когда солнце не садится на ночь, а кружит по небу; полярную ночь, когда солнце вообще не встаёт. Когда большинство мальчишек мечтало посмотреть на самолёт/вертолёт — я каждый год 2 раза проделывал дорогу в 2,5 тыс. километров — в т. ч. и на самолёте. Про то, сколько я порвал штанов и курток, облазив боевые (!) вертолёты и самолёты на военном аэродроме, где служил мой отец, вообще лучше промолчать.

Вторым фактором, послужившим моему становлению на Тёмный путь, было воспитание — я рос в совершенно свободной психологически и идеологически обстановке + получил замечательное фундаментальное базовое образование от матери-радиофизика, настолько, что учителя физики и математики были не в состоянии на меня влиять в школе, а на остальных я просто чихать хотел. На меня никогда не давили, а в религиозном плане семья у меня была всегда атеистически-безалаберная, так что всё, что я знаю — я раскопал, прочитал и выяснил сам, и только сам.

В свете данного пункта можно добавить, что в пятом-седьмом классах моим любимым занятием было чтение научно-популярной литературы по астрофизике, а не классические занятия подростков. Настолько, что если меня нет дома слишком долго — точно в библиотеке застрял. Библиотекари меня знали и уже просто звали к телефону, если меня искали дома.

Мне всегда до одури нравились ураганы и ситуации со штормовыми предупреждениями. Когда я стал достаточно тяжёлым, чтобы не быть попросту снесённым пятнадцати-двадцатиметровым ветром — я просто гулял, ощущая его мощь.

Если подвести краткий итог — почему я принадлежу Тьме?

1. Свобода. Как физическая, так и психологическая.

2. Север.

3. Познание.

4. Самостоятельность.

5. Близость к военной, имперской стороне.

6. Любовь к ураганам, к чистой энергии Хаоса.

Как бы пафосно это не звучало, но, в отличие от многих, я ещё в детстве взглянул в глаза Тьме, и мы понравились друг другу.

2. Стоял ли перед Вами вопрос выбора стороны Тьмы или другой?

Нет.

3. Как Вы осознали полностью свою принадлежность к Тьме? Как пришли к самоназванию «сатанист»?

На первый вопрос — см. пункт 1.

Ситуация достаточно классическая — «древние украли все наши лучшие мысли»— в период до 18 лет я высказал огромное количество идей античной греческой философии, не читая её. Затем я прочитал «Библию Проклятых» Sclex_NotesFromBrackets_112 и ряд работ Варракса, после чего выругался — вот сволочи, все мои мысли украли, и узнал, что моё мировоззрение называется «сатанизм».

4. Как Вы определяете мизантропию, важно ли это понятие для Вас и влияло ли оно на Ваше становление и продвижение по Пути?

Мизантропия — это чувство собственного достоинства в противовес стадным хотелкам жвачных чел-овечков.

Я не могу сказать точно, как и насколько сильно связаны между собой две неотъемлемые части моей личности в контексте вопроса, но то, что связь есть — очевидно.

5. Какие препятствия на Пути Вы считаете наиболее существенными? Мешало ли что-либо Вашему осознанию и становлению?

Я не уверен в том, что моему осознанию что-то действительно мешало, хотя общесоциальный фон, разумеется, противился ему. Помню, что в первый раз я вообще боялся читать «Библию проклятых». Иррационально — так, на всякий случай. Разумеется, сейчас это воспоминание, кроме здорового смеха, ничего не вызывает.

6. Что (и/или кто) помогало преодолевать препятствия к становлению (если они были)?

Не было.