Приемлемо то, что индивид считает для себя приемлемым. То, что индивид считает для себя приемлемым, является критерием его оценки другими индивидами. Но ситуация такова, что в данный момент нет чётко обоснованных критериев приемлемости или неприемлемости форм и методов действий на социумном поле. И отказ от открытого и искреннего её обсуждения приведёт лишь к дроблению сатанистов на группы, находящиеся в конфликтных отношениях друг с другом. Пагубность подобного варианта, по-моему, очевидна.

Более того, текущая ситуация (и прогноз её развития) в стране такова, что политизированность (как и сознательная аполитичность) молодых русскоязычных сатанистов будет возрастать. Так же как и разброс мнений на политическом и социумном полях. Так же как и конфликтность в среде сатанистов. Это не хорошо и не плохо, это просто время, в котором мы живём и действуем; оно же и покажет, кто был прав.

Грядущие после нас должны быть сильнее нас — и это единственное мерило вклада сатаниста в дело Ада. Если сатанист действует, осознанно исходя из данной установки, то не имеет значения, на каком поле он действует — личностном или социумном, он прав, не смотря на возможные конфликты с кем бы то ни было.

Илья

Каждый, называющий себя сатанистом, вкладывает в это определение что-то своё. Это может быть творчество, жизненные принципы. Я считаю, что у каждого сатаниста есть своя задача в этой жизни, иначе не понятно, зачем он здесь. На мой взгляд, задача сатаниста — приближать день, когда Ад явится на землю. Как? В зависимости от способностей. Надо понять, что ты умеешь (или можешь научиться) делать хорошо — и делать это.

Часто называющие себя сатанистами много и красиво говорят о себе как о посланниках Сатаны или даже как о его воплощении, но дальше разговоров у них дело не идёт. Характерный пример — «воинствующие мизантропы», кричащие о том, что необходимо уничтожить человечество — для построения Ада или просто для своего удовольствия. Причём уничтожить физически. Не то, чтобы я любил человечество; но как это будет способствовать построению Ада, я не понимаю.

Однако среди этих крикунов почему-то не видно служащих или учащихся из стратегических ракетных войск. (Система блокирует запуск ракеты одним сумасшедшим офицером, но не группой единомышленников. Хотя на самом деле понятно, почему их там нет: при поступлении в училище — жёсткий отбор по мозгам.)

На предложения сделать что-нибудь реальное они отвечают, что это долго, сложно и не получится — и видят в этом оправдание, чтобы не делать ничего вообще.

Построение Ада на земле невозможно без качественного изменения окружающей среды. Если среда обитания мне не нравится, я пытаюсь её улучшить. Если я не буду этого делать — то я ничем не отличаюсь от свиньи в хлеву, и называть себя при этом сатанистом, значит, как минимум получать заслуженные пинки от тех, кто соответствует этому названию.

Среда обитания перестала нравиться мне уже давно. Я хотел её изменить. Наилучшим способом для этого я счёл службу снайпером. Сложно оценить, насколько это приблизило построение Ада на земле; но, по крайней мере, тех, кто хочет убить меня или моих друзей, стало на 171 человека меньше.

Warrax

Вопрос «сатанист и социум» я, собственно говоря, de facto затрагивал в статье «Апофатика сатанизма»— см. «Человеческое», «Восприятие как субкультуры» и в особенности «Эскапизм от социума» и «Поиски „красной кнопки“». Постараюсь не повторяться, а раскрыть тему в общем виде.

Рассуждение первое

Здесь придётся повториться: сатанизм не подразумевает разрушения как самоценности. Сатанизм разрушает божественное, способствуя воцарению Ада. Строго логически: у нас нет никаких доказательств того, что «есть некий Ад где-то там, и там же есть Сатана лично, который сатанистов любит, ценит и уважает». Собственно говоря, такое «понимание» ничем не лучше христианской версии «Яхве в раю вас любит»: и то, и то, является с т. з. гносеологии верой, т. е. — попросту интеллектуально убого. О «dream pipes» писал ещё ЛаВей, и, несмотря на то, что «американское понимание сатанизма буквально по книгам ЛаВея» сатанизмом не является[!

Поверхностное понимание ЛаВея со стороны не является мнением самого ЛаВея. Подавляющее большинство критиков Черного Папы не учитывает того, когда, где, для кого и зачем была написана "Сатанинская Библия".!], здесь он прав.

Рассуждения об «иных мирах» — это именно что «духовные мечтания» (или кто-то может доказать их наличие?), которые, никто не спорит, иногда полезны: они могут способствовать становлению личности, вдохновлять и так далее. Субъективная метафизика неизбежно имеет место в любой сформировавшейся психике; главное — не забывать об ее субъективности.