Во многих направлениях не только буддизма, но вообще мировоззренческих концепций, как Востока, так и Запада, существовали «степени посвящения», в идеале зависящие от личных качеств и опыта адепта, и соответствующие этим уровням методы. Как писала об этом Александра Давид-Неэль: «Практически во всех разновидностях буддизма наряду с субъектами, следующими традициям и уставам, допускается существование т. н. „прямого пути“, свободного от каких бы то ни было ограничений. При этом почти все монахи первой группировки признают, что добродетельная жизнь и монастырская дисциплина, как бы необходимы они ни были, составляют только простую подготовку к вступлению на путь более высокого совершенствования. Что же касается последователей второй группы, все они убеждены, что для большинства людей первый метод наиболее подходящ». «Они больше любят посещать святые места, чем прокладывать собственный путь», — говорится о таких в Дао Дэ Цзин.

Чань-буддизм можно рассматривать как вариант «прямого пути», который вдруг оказался на виду и пошёл, хоть и в ограниченный, но в тираж, несмотря на собственные протесты и противодействие этому. Настоящий «прямой путь» строго индивидуален. Понятно, что эта ветвь, продержавшись пару столетий, засохла. И в наши дни, по образному выражению Д. Т. Судзуки, мы имеем дело с «прахом дзен».

Чань — это достойный объект для интереса, кое-что в нём даже вызывает вдохновение. Но последовательно руководствоваться палитрой содержащихся в нём идей и ограничиваться только тем, что там есть, вряд ли вообще возможно. Это означало бы крупные бреши в мировоззрении. Если я когда-то и выдавал себя за чань-буддиста, это было очень условно. Я просто однажды наступил в него одной ногой. Говорю я это отнюдь не с пренебрежением — я получил немало удовольствия от этого контакта, и ряд ценных личных качеств получили в чань поддержку и развитие.

SKYDGER. THOSE OF THE UNLIGHT

Введение: Lex Talionis

Когда появилась идея написания статьи, её смысл был с одной стороны где-то за горизонтом, с другой — вполне достижимым рубежом. Казалось бы, различия между сатанизмом и Телемой очевидны, однако внятно расписывать их по тем или иным причинам необходимости не было. Дело в том, что формализовать что-либо на поле Телемы достаточно сложно, подчас приходится оперировать слишком расплывчатой терминологией. Как таковой аксиоматики почти не существует, а те сложные конструкции, что за неё выдаются, являются лишь декларативными положениями, не обладающими достаточной простотой, чтобы назвать их аксиомами. Хотя применяемая методика самосовершенствования довольно обширна и вполне приемлема для использования, она местами оперирует противоречивыми символами и конструкциями, которые всё же нежелательно вводить в базис мировоззрения. Так, например, существуют ритуалы, где неофит должен поклоняться какому-то объекту, при этом декларируется, что каждый мужчина и каждая женщина — звезда. Суть подобного ритуала, конечно же, станет ясна неофиту позднее, но следует предположить, что эта стадия не всем подойдёт и может быть исключена. Маг может обладать многогранным восприятием, мировоззрение же он выстраивает на основе мировосприятия, которое является индивидуальной характеристикой индивида. Уже одно это может являться причиной недопонимания и неприятия какой-то системы.

Однако описанное совершенно не означает, что методику нельзя применять в принципе. Безусловно, её можно модифицировать и адаптировать, ориентируясь на собственные нужды, минуя стадии порой бессмысленных ритуалов. Но бессмысленны ли эти стадии на самом деле? Ведь знать путь и пройти его — вещи совершенно разные.