Читаем Contra Dei 1 полностью

CD: В вашей биографии вы упоминаете некоторые ритуалы, совершая которые вы обращались к Сущностям Азазеля, Ньярлатхотепа… Чего вы хотели добиться, и каковы были результаты ваших ритуалов?

Rex: Я последователь Говарда Филлипса Лавкрафта (H.P.Lovecraft) — американского писателя, писавшего в жанре ужаса. Я разработал и провел ритуалы по призванию Богов, упоминаемых в Некрономиконе (Necronomicon). Сам Некрономикон существует независимо от всего, сам по себе, скорее не на физическом, а на духовном уровне.

Эти ритуалы были созданы, для того чтобы я мог лучше «Увидеть и Узнать» эти Силы, ради пользы для искусства и магии.


CD: Почему вы проводили ритуалы именно с этими Дьяволами (Азазель)?

Rex: Несколько лет назад я путешествовал по Ближнему Востоку, и именно эту часть мира населяли эти Дьяволы (Джинны).


CD: Какое значение для вас имеют ритуальные практики? Это возможность взаимодействия с Силами Тьмы или это способ вашего самовыражения?

Rex: Мои ритуалы — это манифестация моей воли и воздействие ее на окружающий мир. Это воздействие позволяет мне творить. Ритуалы также дают мне возможность развития и инициации, самоинициации. Тот, кто следует этим путем — путем ритуальной практики, способен приблизиться к Аду.


CD: Некоторые ваши работы, как и часть вашей жизни, связаны с Г.Ф. Лавкрафтом. Что вы думаете о созданной им мифологии? Это — Провидение? (Providence-город, где родился и жил Г.Ф.Лавкрафт. Название города переводится с английского как провидение. I am Providence — начертано на могильной плите Лавкрафта. Ред.) Ваше мнение о самом писателе?

Rex: Лавкрафт был пророком. Возможно, невольным, но тем не менее пророком. Его образ жизни и раннее воспитание позволили ему настроиться на темную сторону. Помогли ему подобно свету маяка во время шторма.

Темные Боги нашли его и никогда не отпустят.

Разумеется, он был великим писателем, но его главный вклад в том, что действительно создал царство новой мифологии и архетипов.


CD: Мифология, созданная Лавкрафтом и его видение Темных Сил существенно отличаются от других источников и традиций. Так ли это, или все-таки Силы Тьмы неделимы, и Тьма, Ее лики и Ее жители просто известны людям под разными именами. Ваши мысли по этому поводу?

Rex: Человечество в своем превосходящем большинстве не может знать эти Силы в Их наиболее истинном, властном обличии. Ибо люди не завершены как «сущности». Они подобны сорняку, который пытается узнать что, это значит — быть розой. Это знание запредельно для многих из них. Боги Хаоса пребывают в месте великой силы и великой Тьмы. Только истинный маг может знать Их. Это происходит в результате темной духовной инициации и определенной избранности.


CD: Есть ли что-то поистине великое, то, что вы хотели бы изобразить? Что бы вы не стали изображать никогда?

Rex: Я бы никогда не стал рисовать современный урбанизированный мир и что-либо мирское. Что касается того, что я могу создать, здесь нет никаких пределов. Поживем — увидим.


CD: Смотря на картины, которые вы уже написали, можете ли вы сказать, что уже создали шедевр?

Rex: Лишь тогда, когда художник полностью удовлетворен своей работой, то, что он создал можно назвать шедевром. Я бы оставил этот вопрос тупым бездарям без капли воображения.



CD: Являются ли ваши работы видением другого мира, другой реальности? Можно ли сказать, что ваши работы находятся в конфликте с окружающим миром? В чем источник вашего вдохновения?

Rex: То, что создано мной не может находиться в конфликте с реальностью, потому что мои видения есть моя реальность.


CD: Вы много путешествовали. Что вы можете сказать о реализации идеи Зла по всему миру?

Rex: Люди везде одинаковы. Некоторые обладают достоинством, знают и видят правду, но большинство лишено этого.


CD: Какими вы представляете себе цели Ада по отношению к богу, человечеству, миру?

Rex: Мое идеализированное представление мира является подобным Аду. Возможно, именно вам оно было бы близким, но остальные вряд ли были бы довольны.


CD: Вы говорите об Антоне ЛаВее как о вашем друге. Расскажите об этой дружбе.

Rex: Я знал доктора ЛаВея много лет. Он был хорошим другом. Ему нравились мои работы, и он их коллекционировал. Я горжусь этим. Мне его очень не хватает, и я думаю, что мир после его смерти стал намного хуже.


CD: Что означает эстетический терроризм? Каковы цели подобного терроризма? Что вы думаете о событиях, произошедших в Америке 11.09.2002?

Rex: Эстетический Терроризм это творческий акт создания, это попытка изобразить Мир Ада созданный из плоти…

Исламский мир называет Америку «Великим Сатаной, Великим Противником», и я бы с этим согласился. Поэтому исламские дегенераты должны учесть, что не стоить шутить с Дьяволом. У меня может быть масса идей по поводу того, что нужно сделать с Ближним Востоком, но я не думаю, что большинство людей оценит мои предложения и согласится со мной.


Последние слова.

СЛАВА САТАНЕ!



P.S. Художник не захотел или счел ненужным ответить на ряд дополнительных вопросов.


http://www.asylum-of-satan.com

КНИГИ ДЬЯВОЛА

Перейти на страницу:

Похожие книги

Роковая ошибка
Роковая ошибка

Своенравная дочь миллионера Микелина Горнели с детства росла избалованным ребенком. Привыкшая к незамедлительному исполнению любой прихоти, она никогда не задумывалась о деньгах. Неукротимая воля сделала ее настоящей львицей, не знающей такого понятия, как подчинение. Но однажды, закружившись в череде пышных вечеринок, она сделала роковую ошибку - проиграла крупную часть акций семейной компании, стоимостью около десятка миллионов евро, давнему конкуренту по бизнесу своего отца. На выкуп долга у нее есть ровно две недели. Но где найти такую баснословную сумму денег втайне от семьи? К счастью, ненавистный соперник согласен на весьма пикантную сделку, предложив Микелине в обмен на акции добровольно стать его личным эскортом в течение следующего полумесяца без права отказать ему в любом, даже самом причудливом пожелании. Согласится ли на столь унизительную роль своевольная гордячка, которая ещё вчера в глазах всей Европы казалась недосягаемой звездой? Внимание! Книга отличается от обычного любовного романа подробным описанием постельных сцен. В частности, содержит порнографические подробности, необузданные сексуальные фантазии героев, сцены легкого БДСМ жанра, а также все то, чего бы я не советовала читать лицам до 18 лет или людям с высокими идеалами о чистой и трепетной любви. Но все же, если вы снова рискнули - я тут не при чем :) Категория романа - Эротика  21+ Это вторая книга в моей «эротической серии»! (Первой является «Безудержная страсть»)  

Alony , Александр Романов , Людмила Шторк , Людмила Шторк-Шива , Ольга Владимировна Васильева

Детективы / Эротическая литература / Самиздат, сетевая литература / Современная проза / Религия
Иисус Неизвестный
Иисус Неизвестный

Дмитрий Мережковский вошел в литературу как поэт и переводчик, пробовал себя как критик и драматург, огромную популярность снискали его трилогия «Христос и Антихрист», исследования «Лев Толстой и Достоевский» и «Гоголь и черт» (1906). Но всю жизнь он находился в поисках той окончательной формы, в которую можно было бы облечь собственные философские идеи. Мережковский был убежден, что Евангелие не было правильно прочитано и Иисус не был понят, что за Ветхим и Новым Заветом человечество ждет Третий Завет, Царство Духа. Он искал в мировой и русской истории, творчестве русских писателей подтверждение тому, что это новое Царство грядет, что будущее подает нынешнему свои знаки о будущем Конце и преображении. И если взглянуть на творческий путь писателя, видно, что он весь устремлен к книге «Иисус Неизвестный», должен был ею завершиться, стать той вершиной, к которой он шел долго и упорно.

Дмитрий Сергеевич Мережковский

Философия / Религия, религиозная литература / Религия / Эзотерика / Образование и наука
…Но еще ночь
…Но еще ночь

Новая книга Карена Свасьяна "... но еще ночь" является своеобразным продолжением книги 'Растождествления'.. Читатель напрасно стал бы искать единство содержания в текстах, написанных в разное время по разным поводам и в разных жанрах. Если здесь и есть единство, то не иначе, как с оглядкой на автора. Точнее, на то состояние души и ума, из которого возникали эти фрагменты. Наверное, можно было бы говорить о бессоннице, только не той давящей, которая вводит в ночь и ведет по ночи, а той другой, ломкой и неверной, от прикосновений которой ночь начинает белеть и бессмертный зов которой довелось услышать и мне в этой книге: "Кричат мне с Сеира: сторож! сколько ночи? сторож! сколько ночи? Сторож отвечает: приближается утро, но еще ночь"..

Карен Араевич Свасьян

Публицистика / Философия / Религия, религиозная литература / Религия / Эзотерика / Образование и наука