Читаем Collapse Feminism полностью

Чтобы ответить на этот вопрос, мы можем сначала посмотреть на то, что произошло в Иране в 2022 году. Лидеры исламской революции, многим из которых было уже за восемьдесят, решили, что контроль над женской сексуальностью или женской сексуальной привлекательностью путем введения хиджаба необходим для обеспечения очищения исламского общества. Под "очищением" они подразумевают, что гетеросексуальные мужчины не будут испытывать сексуального возбуждения от женщин на публике. Из-за этого иранские женщины подвергаются всеобщему преследованию в общественном пространстве. Мужчины регулярно пристают к женщинам с частично закрытыми или открытыми глазами на улицах, как мы видели на многочисленных видео, которыми делились в социальных сетях. Ситуация в Иране напоминает отношение к весталкам в Древнем Риме. Чистота весталок была призвана обеспечить чистоту римского общества. Весталки должны были оставаться девственницами, а тех, кто вступал в сексуальные отношения, осуждали за измену и заживо хоронили в городе. В Иране Махса Амини, которая выходила на публику частично завуалированной, по слухам, была замучена и убита полицией нравов. Случившееся в Иране вызвало множество споров о том, как можно навязать или выбрать скромность. На самом деле, если для многих иранских женщин скромность является синонимом угнетения, то выбор западных женщин в пользу скромности определяется (теми, кто об этом говорит) скорее как форма освобождения.

В мае 2021 года Vogue опубликовал несколько фотографий Билли Айлиш, а также фрагменты долгожданного интервью. Снимки получили широкую огласку, потому что впервые Айлиш отказалась от мешковатой одежды в пользу наряда-бомбы, основу которого составлял пастельно-розовый корсет. Ее послание было следующим: "Все дело в том, что заставляет вас чувствовать себя хорошо". Неудивительно, что популярные консервативные комментаторы были очень разочарованы, увидев это. Скромная мешковатая одежда Билли Айлиш и критика порнографии вызвали симпатию консерваторов. Однако, по словам Стивена Краудера, она внезапно изменила свое мнение и теперь призывает женщин одеваться как "проститутки". В многочисленных интервью Эйлиш не раз рассказывала о том, почему она часто носит мешковатую одежду. В частности, она предпочитает скрывать то, что под ней, чтобы никто не мог составить о ней мнение. Люди просто не знают, они могут только строить догадки. Так что скромность для нее означает защиту от нежелательных комментариев по поводу ее телосложения.

В твите, опубликованном в октябре 2022 года, популярная французская twitch-стримерша Магла рассказала о том, каково это - быть женщиной, создающей контент. Она рассказала своим подписчикам, что часто меняет наряд перед выходом в прямой эфир, переходя от облегающих к мешковатым вещам, потому что не хочет сталкиваться с замечаниями. Затем она подробно рассказала о том, с какими сексуальными домогательствами ей приходится сталкиваться на Reddit, в Discord, на форумах и в прямых сообщениях. Фотографии члена, комментарии о том, что ее собираются изнасиловать, фотографии себя со спермой и фотографии себя, наложенные на порноактрис, - все это можно найти в интернете или в ее сообщениях. Как создатель контента, я регулярно получаю комментарии от людей, которые хотят контролировать то, как я одеваюсь на камеру. Один взрослый мужчина как-то сказал: "Мне понравилось видео, но топ слишком рискованный, поэтому я не буду им делиться". Я была одета в черную майку и кардиган, который оставлял одно плечо обнаженным.

Регулирование женской сексуальности в сети посредством сексуальных домогательств, а также ее эксплуатация через монетизированный контент, такой как социальные комментарии или неконсенсуальное порно с глубокой подделкой, вынуждает женщин, оказывающих влияние на общественное мнение, выбирать скромность для того, чтобы работать свободно.

Наконец, в статье, опубликованной в 2008 году, Наоми Вульф показала, как западная мусульманка связывает скромность со свободой

Когда я ношу западную одежду, мужчины пялятся на меня, объективируют меня, или я постоянно меряю себя по стандартам моделей в журналах, которым трудно соответствовать - и еще труднее с возрастом, не говоря уже о том, как утомительно быть все время на виду. Когда я ношу головной платок или чадру, люди относятся ко мне как к личности, а не как к объекту; я чувствую, что меня уважают.