Читаем Collapse Feminism полностью

15 октября 2022 года Амуранта, одна из самых результативных стримерш и звезда OnlyFans, как обычно, появилась на Twitch. Однако все пошло не так, как обычно. В какой-то момент стрим прервался. Позже Амурант появилась снова и призналась, что замужем за жестоким мужем, который заставляет ее стримить каждый день и притворяться одинокой, контролирует ее финансы и угрожает убить ее собак, если она не закончит двадцатичетырехчасовой стрим. Она обменивалась оскорбительными текстовыми сообщениями и разговаривала с ним по телефону в прямом эфире, когда он впадал в истерику и доводил ее до слез. Тем временем чат вышел из-под контроля. Люди называли ее лгуньей. Говорили, что она это заслужила. Другие бесстыдно использовали возможность утешить ее и сказать, что будут заботиться о ней и хорошо с ней обращаться. Несмотря на то, что Амуранта была институтом Twitch и "сильной, независимой женщиной", - сказал стример ХасанАби, - ее образ контролировался эксплуататором и жестоким человеком.

Эндрю Тейт, о котором уже неоднократно упоминалось, начал строить свое богатство, создав веб-камерный бизнес (подобный тому, что можно сделать на OnlyFans), где он заставлял своих шестерых подружек общаться с мужчинами в обмен на деньги. Фактически, Тейт сам общался с мужчинами в чате. Он утверждал, что зарабатывал этим методом около 3 000 долларов в день и в итоге работал с семьюдесятью пятью женщинами. Поняв, что он не зарабатывает столько денег, сколько хотел, поскольку ему приходится перераспределять их с девушками, он сократил число женщин до восьми, четыре из которых были его девушками, а остальные четыре - девушками его брата. Тот факт, что эти женщины якобы были "влюблены в него", позволил ему отдавать им только 20 % заработанных денег, что оставляло ему 400 000 долларов в месяц. Таким образом, даже если онлайн-формат таких платформ, как OnlyFans и вебкам-бизнес с живыми чатами, в целом защищает создателей от злоупотреблений со стороны клиентов, мы не можем быть уверены в том, что происходит за кулисами. Желанность женщины является привилегией только тогда, когда она полностью владеет своим контентом. К сожалению, как и в большинстве других гиг-экономических профессий, платформа, мужчина, партнер выступают в качестве посредника между создателем и клиентом.

В книге "Мое тело" Эмили Ратажковски рассказала о том, как подруга ее парня пригласила ее на выставку Instagram Paintings Ричарда Принса. Она была обманута, когда поняла, что картины - это просто распечатанные холсты с постами из Instagram, которые художник прокомментировал со своего аккаунта. Один из постов принадлежал ей. Она написала, что ей показалось странным, что модный художник, стоящий гораздо больше денег, чем она, мог выхватить один из ее постов в Instagram и продать его как свой собственный. В книге она также рассказала, что подверглась сексуальному насилию со стороны фотографа Джонатана Ледера, который имел наглость позже опубликовать книгу под названием "Ратажковски", в которой он обнажил полароиды, снятые им в нижнем белье и полностью обнаженной у него дома. Ратажковски не получила никакой компенсации ни за книгу, ни за фотосессию, в которой она с ним участвовала; ей заплатили за обнажение. Во время беседы с ней философ Амия Шринивасан задалась вопросом, как модель может утверждать власть и контроль в индустрии, где доминируют мужчины, которые "режиссируют, снимают и управляют [...] владеют компаниями и производственными домами и которые так часто обращаются с вами как с неподъемной и глупой вещью, просто телом, которое можно продавать, потреблять и, к сожалению, иногда подвергать насилию".

В заключение необходимо отметить, что "власть киски" может повысить финансовое положение, но понизить социальный статус. Когда женщина использует свою сексуальную привлекательность для возвышения, она, как правило, воспринимается как морально плохая. пропитанный религиозным духом викторианский архетип "падшей женщины" живет и здравствует. Женщина, у которой много трупов или которая выставляет свое тело напоказ в Интернете, считается распутной, грязной и непригодной для брака. Она становится меньше, чем человек, она становится законной жертвой. Посмотрите, какой отпор получила Эмили Ратажковски и другие знаменитости после того, как обвинили мужчин в сексуальных домогательствах во время и после #MeToo. Подразумевалось, что женщины, которые продают свой образ, будь то актрисы, модели, артисты или влиятельные персоны, либо заслужили это, либо должны были знать, что это обязательно произойдет. Вопрос "Что на вас было надето?" задали студенты Канзасского университета восемнадцати женщинам, подвергшимся изнасилованию. Они дали им одежду, которая была на них в тот день, и она была выставлена на всеобщее обозрение в рамках выставки. Большинство нарядов не были "сексуальными" или "провокационными".