Читаем Чужое лицо полностью

«С разными целями приезжают в нашу страну иностранные туристы. Некоторых влечет сюда русская экзотика, другие интересуются нашей культурой и искусством, третьи – старинной архитектурой, шедеврами Эрмитажа и Третьяковской галереи, четвертые хотят своими глазами увидеть загадочный социализм, где бесплатное медицинское обслуживание, где нет безработицы и страшной болезни капитализма – страха простого человека за свой завтрашний день. И мы с радостью и широко известным русским гостеприимством встречаем этих туристов: смотрите и учитесь! Но среди тысяч и тысяч туристов бывают и другие «гости» – те, кто под видом туристов приезжает к нам с далеко не дружественными целями. Иные пытаются провезти в СССР антисоветскую и сионистскую литературу, другие ищут контакты с так называемыми диссидентами и другими подобными отщепенцами нашего общества. Так, недавно в Москву из далекого Потомака, штат Мэриленд, США, приехали молодожены супруги Роберт и Вирджиния Вильямс. «Интурист» встретил их с обычным радушием – лучший номер «люкс» в гостинице «Националь», билеты на лучшие спектакли в Большой театр и другие московские театры, поездка в Ленинград и т.д. Но оказалось, что молодоженов вовсе не интересует ни русская культура, ни русское искусство. Доктор Вильямс и его молодая жена – статистка Голливуда – целую неделю почти не покидали свой номер в гостинице, не были ни в Третьяковке, ни в Пушкинском музее и даже ушли из Большого театра после первого акта «Спартака». Что ж, это дело вкуса. В конце концов, вполне возможно, что в далекой благословенной Америке молодоженам было негде уединиться в медовый месяц, и они прикатили для этого к нам, в гостиницу «Националь». Как известно, у людей бывают причуды.

Но вскоре эта так называемая «причуда» объяснилась. Заинтересовавшись таким странным поведением молодоженов, соответствующие органы безопасности установили, что, несмотря на крайнюю увлеченность друг другом, господа Вильямс урвали у своего медового месяца эти десять дней для визита в СССР вовсе не ради экзотического свадебного путешествия. В Ленинграде Вильямсы тайно встретились с тремя подонками, так называемыми диссидентами, которые выдают себя за представителей советской молодежи. У этих подонков господа Вильямс получили антисоветскую литературу – некий безграмотный призыв к американскому президенту ввести свои войска на территорию СССР и освободить их от «коммунистической тирании». Вшив эти «документы» в подкладку своей одежды, господа Вильямс пытались провезти эти пасквили через советскую границу и в момент задержания в Шереметьевском аэропорту оказали властям вооруженное сопротивление и даже убили советского офицера.

Недавно по обвинению в соучастии в террористическом акте гражданка США Вирджиния Вильямс предстала перед Московским городским судом. Суд признал ее полностью виновной, но вынес воистину мягкий приговор: три года лишения свободы с отбытием наказания в одном из исправительно-трудовых учреждений на территории нашей страны…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Тень гоблина
Тень гоблина

Политический роман — жанр особый, словно бы «пограничный» между реализмом и фантасмагорией. Думается, не случайно произведения, тяготеющие к этому жанру (ибо собственно жанровые рамки весьма расплывчаты и практически не встречаются в «шаблонном» виде), как правило, оказываются антиутопиями или мрачными прогнозами, либо же грешат чрезмерной публицистичностью, за которой теряется художественная составляющая. Благодаря экзотичности данного жанра, наверное, он представлен в отечественной литературе не столь многими романами. Малые формы, даже повести, здесь неуместны. В этом жанре творили в советском прошлом Савва Дангулов, Юлиан Семенов, а сегодня к нему можно отнести, со многими натяжками, ряд романов Юлии Латыниной и Виктора Суворова, плюс еще несколько менее известных имен и книжных заглавий. В отличие от прочих «ниш» отечественной литературы, здесь еще есть вакантные места для романистов. Однако стать автором политических романов объективно трудно — как минимум, это амплуа подразумевает не шапочное, а близкое знакомство с изнанкой того огромного и пестрого целого, что непосвященные называют «большой политикой»…Прозаик и публицист Валерий Казаков — как раз из таких людей. За плечами у него военно-журналистская карьера, Афганистан и более 10 лет государственной службы в структурах, одни названия коих вызывают опасливый холодок меж лопаток: Совет Безопасности РФ, Администрация Президента РФ, помощник полномочного представителя Президента РФ в Сибирском федеральном округе. Все время своей службы Валерий Казаков занимался не только государственными делами, но и литературным творчеством. Итог его закономерен — он автор семи прозаико-публицистических книг, сборника стихов и нескольких циклов рассказов.И вот издательство «Вагриус Плюс» подарило читателям новый роман Валерия Казакова «Тень гоблина». Книгу эту можно назвать дилогией, так как она состоит из двух вполне самостоятельных частей, объединенных общим главным героем: «Межлизень» и «Тень гоблина». Резкий, точно оборванный, финал второй «книги в книге» дает намек на продолжение повествования, суть которого в аннотации выражена так: «…сложный и порой жестокий мир современных мужчин. Это мир переживаний и предательства, мир одиночества и молитвы, мир чиновничьих интриг и простых человеческих слабостей…»Понятно, что имеются в виду не абы какие «современные мужчины», а самый что ни на есть цвет нации, люди, облеченные высокими полномочиями в силу запредельных должностей, на которых они оказались, кто — по собственному горячему желанию, кто — по стечению благоприятных обстоятельств, кто — долгим путем, состоящим из интриг, проб и ошибок… Аксиома, что и на самом верху ничто человеческое людям не чуждо. Но человеческий фактор вторгается в большую политику, и последствия этого бывают непредсказуемы… Таков основной лейтмотив любого — не только авторства Валерия Казакова — политического романа. Если только речь идет о художественном произведении, позволяющем делать допущения. Если же полностью отринуть авторские фантазии, останется сухое историческое исследование или докладная записка о перспективах некоего мероприятия с грифом «Совершенно секретно» и кодом доступа для тех, кто олицетворяет собой государство… Валерий Казаков успешно справился с допущениями, превратив политические игры в увлекательный роман. Правда, в этом же поле располагается и единственный нюанс, на который можно попенять автору…Мне, как читателю, показалось, что Валерий Казаков несколько навредил своему роману, предварив его сакраментальной фразой: «Все персонажи и события, описанные в романе, вымышлены, а совпадения имен и фамилий случайны и являются плодом фантазии автора». Однозначно, что эта приписка необходима в целях личной безопасности писателя, чья фантазия парит на высоте, куда смотреть больно… При ее наличии если кому-то из читателей показались слишком прозрачными совпадения имен героев, названий структур и географических точек — это просто показалось! Исключение, впрочем, составляет главный герой, чье имя вызывает, скорее, аллюзию ко временам Ивана Грозного: Малюта Скураш. И который, подобно главному герою произведений большинства исторических романистов, согласно расстановке сил, заданной еще отцом исторического жанра Вальтером Скоттом, находится между несколькими враждующими лагерями и ломает голову, как ему сохранить не только карьеру, но и саму жизнь… Ибо в большой политике неуютно, как на канате над пропастью. Да еще и зловещая тень гоблина добавляет черноты происходящему — некая сила зла, давшая название роману, присутствует в нем далеко не на первом плане, как и положено негативной инфернальности, но источаемый ею мрак пронизывает все вокруг.Однако если бы не предупреждение о фантазийности происходящего в романе, его сила воздействия на читателя, да и на правящую прослойку могла бы быть более «убойной». Ибо тогда смысл книги «Тень гоблина» был бы — не надо считать народ тупой массой, все политические игры расшифрованы, все интриги в верхах понятны. Мы знаем, какими путями вы добиваетесь своих мест, своей мощи, своей значимости! Нам ведомо, что у каждого из вас есть «Кощеева смерть» в скорлупе яйца… Крепче художественной силы правды еще ничего не изобретено в литературе.А если извлечь этот момент, останется весьма типичная для российской актуальности и весьма мрачная фантасмагория. И к ней нужно искать другие ключи понимания и постижения чисто читательского удовольствия. Скажем, веру в то, что нынешние тяжелые времена пройдут, и методы политических технологий изменятся к лучшему, а то и вовсе станут не нужны — ведь нет тьмы более совершенной, чем темнота перед рассветом. Недаром же последняя фраза романа начинается очень красиво: «Летящее в бездну время замедлило свое падение и насторожилось в предчувствии перемен…»И мы по-прежнему, как завещано всем живым, ждем перемен.Елена САФРОНОВА

Валерий Николаевич Казаков

Детективы / Политический детектив / Политические детективы