Мое тело долго готовилось к этому, так что было теперь готово. Я почувствовал укол в руку. Он тоже помог.

— Включите внутреннюю связь, Томас, — велел я.

Он сунул мне в руку микрофон, и я переключил селектор на общее оповещение.

— Говорит капитан, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал максимально твердо. — Сейчас мы находимся на расстоянии двадцати одного километра от врага. Занять, по возможности, боевые посты. Приготовиться к пуску ракет и возможным маневрам уклонения. Ремонтно-восстановительным бригадам быть наготове. — Я помолчал, восстанавливая дыхание. — Внимание всем! Сейчас мы атакуем корабль Мэнкхи, осталось лишь два километра.

Я отложил микрофон и нащупал пультик с кнопкой пуска ракет, который мне вручил Томас.

— Капитан, — сказал он, склонившись надо мной. — Я заметил , что вы выбрали ракеты с химическими боеголовками. Вы точно не хотите, чтобы я заменил их на плутониевые, капитан?

— Нет, Томас, спасибо, — сказал я. — Я хочу только химические. Будь наготове и наблюдай.

И я нажал кнопку пуска.

Томас сидел у радароскопа.

— Ракеты вылетели, капитан, — прогудел он. — Траектория нормальная. Похоже, они попадут в левую половину гантели..

Я нашарил микрофон.

— Внимание всем! Ракеты направляются к цели. Осталось тридцать пять секунд до цели. Если вас это интересует, мы используем только химические боеголовки. До сих пор нет никаких признаков того, что враг намерен защищаться.

Я полагал, что эти новости потрясут хотя бы часть мятежников. Давид даже не стал пользоваться пращой, он пошел на Голиафа с голыми руками. Я хотел испугать людей так, чтобы они мне ответили. Мне нужны были ключи к разгадке того, что творится сейчас на корабле.

И я угадал. Из динамика на стене послышался голос Джойса.

— Капитан, говорит лейтенант Джойс. — В голосе его звучали страх и отчаяние. — Сэр, мятеж успешно подавлен лояльными членами экипажа. Майор Крамер находится под арестом. Мы готовы продолжать поиски Колонии Омега. Но, сэр... — он на секунду остановился и откашлялся. — Мы просим вас изменить курс ракет. У нас еще есть возможность уйти. Может, они не погонятся за нами, если ракеты взорвутся в стороне...

Я глянул в передний иллюминатор. Настала секунда «ноль». И тут же левый диск корабля Мэнкхи на мгновение осветила яркая желтая искорка, затем другая. В их свете мелькнуло на темной поверхности корабля бесцветное пятно, но не исчезло, когда погасли искорки, а принялось расширяться. Это вырывался из корабля воздух. Затем крошечные искорки замелькали по всему кораблю. Диск начал медленно вытягиваться, и все вытягивался и удлинялся...

— Что происходит, капитан? — воскликнул Томас, восхищенно глядя в иллюминатор. — Они что, тоже запускают ракеты?

— Нет, Томас, — ответил я. — Это разлетается на части их корабль.

Диск стал уже невозможно длинным эллипсом, окруженным роем меньших тел, обломков и того, что было внутри корабля. Все это вращалось, превратилось в полумесяц, а затем сфера широко распахнулась. Отделившаяся половина сама распалась пополам, и они в свою очередь разрушались, раскидывая обломки по расширяющейся спирали.

— Бог мой, капитан! — со страхом воскликнул Томас. — Это самое грандиозное зрелище, какое я когда-либо видел. И все это наделало двести килограммов взрывчатки? Ну, это нечто!..

Я снова включил микрофон.

— Говорит капитан, — сказал я. — Десять патрульных катеров с четырьмя космонавтами в каждом должны быть готовы к вылету через пятнадцать минут. Вражеский корабль выведен из строя и покинут. Я хочу, чтобы вы нашли и доставили за борт одного живого пленника. Командиров всех отделений — прибыть с докладом ко мне на мостик.

— Томас, — сказал я, выключая микрофон, — спуститесь на лифте и пропустите сюда командиров отделений. Вот ключ для набора кода. Вы умеете им пользоваться?

— Конечно, капитан, но вы действительно уверены, что хотите впустить их сюда, после того, как они обошлись с вами?

Я открыл было рот, чтобы ответить, но он сам перебил меня.

— Прошу прощения, капитан, за мой дурацкий вопрос, сэр. Просто, вы еще не совсем здоровы...

— Все в порядке, Томас, — сказал я. — Больше проблем не будет.

Эпилог

В канун двадцатой годовщины Дня Воссоединения, толпа заполнила зал и переполняла террасы Звездной Башни Главного Ресторана, высившейся па два с половиной километра над пляжами Побережья Флориды и видной в ясные дни в радиусе сотни километров.

Репортер ЕРА стоял у огромных стеклянных дверей и высматривал в ликующей толпе знаменитостей.

В противоположной стороне зала толпа говорливых поклонников окружала Посла новой Земной Федерации: дородного, седого, бывшего офицера военно-космических сил. Рядом стояла какая-то актрисулька, глядя на него сияющими глазами. У бара стоял член кабинета министров, что-то с жаром обсуждая со знаменитым футболистом и игнорируя толкающихся репортеров.

Репортер ЕРА опытными маневрами прорывался в центр, высматривая знакомые лица и выискивая среди них менее занятых, сидящих за столиками вдоль стен зала.