Быть может, небезынтересно отметить, что некоторые из этих казаков были вооружены луками вплоть до 30-х годов XIX века. Так, например, в реестре казаков, посланных на Анюйскую ярмарку в 1837 году, значится между прочим: "Степан Котельников — лук. Мирон Попов — пищаль. Иван Куприанов — лук" и проч. Все эти казаки были разделены на две части. 1) Станичные казаки, жившие в селении Похотском, на западном устье Колымы и на ее притоках. Они несли только местную службу. В 1876 году станичные казаки были частью распущены, а частью переведены в мещане. 2) Служилые казаки были рассеяны по всей стране, в большинстве же обитали в Средне-Колымске и Нижне-Колымске и составляли две соответственные команды. Вместе с прочими казачьими командами, находившимися в городах и округах Якутской области, они составляли Казачий Якутский полк, единственный казачий полк, числившийся по пехоте и подчиненный министру внутренних дел.

Поселение на Анадыре было восстановлено в 1784 году, но новыми жителями его явились не столько русские, сколько обрусевшие туземцы; поселок был передвинут на урочище Марково, верстах в десяти от прежнего места.

Нижне-Колымск был передвинут на теперешнее место в 1773 году. Раньше он был расположен верстах в двадцати, на так называемой Стадухинской протоке. Протока в прежнее время была глубока, но потом постепенно обмелела. Новый поселок был перенесен на главное русло реки, как раз против устьев обоих Анюев, которые впадают в Колыму почти в одном и том же месте. Здесь было несколько домов еще гораздо раньше. Новый поселок не имел стратегических выгод, но был прекрасно приспособлен исключительно для торговых целей. Стадухинская крепость была окружена частоколом. Новый поселок уже не имел частокола, но по старой привычке также назывался "крепостью". Средне-Колымск, на Средней Колыме, также некогда был укреплен, деревянная башенка до последнего времени стояла на углу церковной ограды, на холме в средине города.

Все эти факты указывают, что войны с чукчами были прекращены совершенно. Чукчи, когда они были оставлены в покое, с удивительной быстротой из "немирных" превратились в "мирных".

ТОРГОВЛЯ

Можно предполагать, что некоторые сношения между чукчами и русскими все же существовали в это переходное время. Так, в 1779 году казачий пятидесятник Иван Кобелев был отправлен из Гижигинска на Чукотский нос[109]. Этот Кобелев впоследствии сопровождал Биллингса в его путешествиях по стране чукоч. В течение полустолетия он служил в качестве первого официального переводчика чукотского языка. Жил он очень долго, более ста лет, и имя его упоминается даже в 1849 году.

Частичная меновая торговля с чукчами происходила в древние времена на Среднем Анадыре, близ устья реки Красной, одного из притоков Анадыря. В летней охоте на диких оленей здесь принимали участие все соседние племена. Здесь встречались юкагиры, чуванцы, оленные чукчи и даже приморские чукчи приезжали сюда на своих кожаных лодках. Сведение о подобном посещении чукоч имеется от 5 августа 1763 года[110].

Открытие торговли на Колыме

Сношения с чукчами в более широких размерах были восстановлены в 1788 году Баннером, зашиверским исправником на реке Индигирке. После отзыва гарнизонов Колымский округ был подчинен индигирскому начальнику, как ближайшему на западе. Впоследствии Зашиверск совершенно обезлюдел. Колымский округ сделался самостоятельным, а Индигирский был приписан к г. Верхоянску. Чукчи оказались очень склонными к торговле с русскими. Они нуждались в русских товарах, более всего в железе и табаке: вследствие этого русские и чукчи согласились встречаться ежегодно весной в целях торговли в местности к востоку от Колымы. Первое такое место было выбрано на Большом Анюе, у устья его притока р. Ангарки. В 1805 году Зашиверск был лишен значения административного центра, и официальный центр Колымской области был установлен в Средне-Колымске. Несколько лет спустя чукотская весенняя ярмарка была передвинута на берег Сухого Анюя.

Анюйская ярмарка