Читаем Чудо полностью

— А вот для меня сочетать религию и науку никогда не было проблемой, — заявил Берье. — И у Пастера с этим проблем не было. И у Эйнштейна. Кстати,— он аккуратно сложил руки на письменном столе,— поскольку у нас есть время до прихода госпожи Мур, я чуть-чуть злоупотреблю вашим терпением и расскажу, как мы тут работаем. В медицинском, то есть научном плане. Чтобы вы свободнее себя чувствовали.

— С удовольствием послушаю.

— Сначала основные сведения о процессе, в котором вы принимаете участие,— о процессе удостоверения фактов исцеления,— начал доктор Берье.— Вы знакомы с этим процессом?

— Лишь в общих чертах,— ответил Клейнберг.— Было бы интересно расширить познания.

— Вот и прекрасно. Тогда — коротко о том, почему мы пригласили вас ознакомиться с Эдит Мур и ее внезапным исцелением.

— Чудесным исцелением,— дружелюбно улыбнулся Клейнберг краешком рта.

Глазки доктора Берье, почти утонувшие в пухлых щеках, впились в гостя. Тон его превратился из дружеского в наставительный:

— Моя работа здесь заключается не в том, чтобы квалифицировать исцеления в Лурде как чудесные. Будучи врачом, я могу расценить такой случай просто как необычный. Это уж церкви решать, имеет ли тут место божественное вмешательство, знак от Господа, так сказать. Наши врачи только свидетельствуют, что тому или иному выздоровлению нет научного объяснения. А наши священнослужители подтверждают, что объяснением может служить акт Всевышнего. Таковы основные правила деятельности нашего Медицинского бюро.

— Понимаю.

— Между прочим, церковь куда скупее на признание чудес, чем врачи. Со времен Бернадетты до наших дней лишь менее семидесяти случаев исцеления были названы церковью воистину чудесными. Наши врачи с большей легкостью объявляют исцеления необычными даже после тщательного обследования. К настоящему времени зарегистрировано примерно пять тысяч случаев выздоровления, которые подпадают под эту категорию. Загадочных исцелений примерно в шестьдесят раз больше, чем чудес. Понимаете? Почему все эти случаи не были признаны чудом, я сказать не берусь. У священства свои стандарты. С тысяча восемьсот пятьдесят восьмого года в Лурд приезжают многие миллионы людей. Но большинство из них — это паломники, ищущие душевного успокоения, или туристы, стремящиеся удовлетворить свое любопытство. Настоящих инвалидов явное меньшинство. Существует статистика: на каждые пятьсот приезжающих пациентов приходится одно исцеление. А чудеса случаются еще реже: одно на тридцать тысяч больных, которые лично являются сюда.

Слушая его, Клейнберг осознал, что голос доктора Берье постепенно стал монотонным, потерял эмоциональную окраску. Как видно, эта лекция читалась далеко не в первый раз.

— Перейдем к критериям исцеления,— продолжил лектор.— Заболевание должно быть серьезным, неизбежным, неизлечимым. Оно также должно быть органическим, а не функциональным. Органическое заболевание подразумевает поражение на органическом уровне, в то время как функциональное…

Доктор Клейнберг, которого эта манера начала понемногу раздражать, решил, что пора прервать лекцию. С ним разговаривали не как с коллегой-медиком, а как с человеком с улицы.

— Я знаком с вашими критериями, доктор,— подал он голос.

Преграда, выросшая на пути словесного потока, вызвала у доктора Берье некоторое замешательство. Он даже начал слегка заикаться:

— Ах, да-да, конечно… Ну как же… В общем… У госпожи Мур саркома бедра — это, естественно, органическое заболевание. А излечение — полное. Предыдущий такой случай был отмечен у нас в тысяча девятьсот шестьдесят третьем году. У меня нет сомнений — и вы, как специалист в этой области, определенно со мной согласитесь,— что в будущем, по мере развития медицины, такой вид саркомы будет чаще поддаваться излечению.

Клейнберг кивнул:

— На этом пути уже есть немалые успехи. Доктор Дюваль в Париже провел успешные эксперименты по купированию и излечению саркомы у животных.

— Вот-вот, доктор Клейнберг. Когда-то медицина была бессильна против туберкулеза. Но сегодня есть надежные средства его лечения. Вот вам пример серьезного заболевания, в борьбе с которым людям уже в меньшей степени приходится уповать на чудесные свойства нашей пещеры. И все же наука сегодня находится на таком уровне, что многие больные по-прежнему ищут спасения в гроте, в молитве, в воде. Эдит Мур, страдавшая от саркомы бедра, была одной из таких больных.— Берье на секунду умолк.— Вы знаете, как она излечилась после принятия целебной ванны в свой второй приезд сюда? Исцеление было мгновенным и подтверждено шестнадцатью врачами как в Лондоне, так и Париже.

— Знаю.