Читаем Читающие знаки полностью

Следующим уроком значились руны, которые проходили в библиотеке. В этот раз тут собралась только их группа, а группа Ланы осталась в кабинете на урок введения в семиотику.

Максу не хотелось что-то скрывать от друзей, но и рассказать им тайну, которую ему доверил дядя Саша, он не мог. Поэтому Макс сел один за дальний стол. Занятие проходило в небольшой круглой комнате, не похожей на читальный зал, во всяком случае, на те, которые Максу доводилось видеть. Столы стояли по периметру, а в середине лежал круглый светлый ковер. У доски никого не было, и вот, словно из тени портьер, мягким бархатом обволакивающих полукруглые окна, внезапно появилась учительница. Женщина отличалась высоким ростом, отчего длинная коса, змейкой сползающая по плечу, выглядела особенно феерично. Как и у других учительниц, ее платье было с длинными рукавами, темно-серое, ближе к черному. «Женщина-тень», – подумал Макс и решил, что если наткнуться ночью на Фаину Львовну, то разрыв сердца гарантирован.

– Мы поговорим о рунах, – начала она без всяких приветствий. – Конечно, я думаю, что руны нужно изучать много позже, – женщина вздохнула. – Но программу ордена составляют те, кто считает первый год идеальным для познания этой науки.

Ребята зашептались. Фаина Львовна хлопнула в ладоши, призывая к вниманию.

– Наверняка здесь есть те, кто знаком с рунами, – она оглядела класс, и Макс нехотя кивнул, у него имелся даже набор, который дарил крестный, но он не умел ими пользоваться.

– А также есть те, кто думают, что умеют работать с рунами, – продолжала учительница, – Ну, есть?

Милана подняла руку.

– Я умею,– сказала она, поднимаясь. – Меня обучила бабушка, рунная прорицательница, – гордо объявила девочка. Макс заметил, что некоторые ребята глянули на нее с некоторым уважением. Лука с удивлением, а Лиза с завистью. Фаина Львовна же смерила Милану холодным змеиным взглядом и, будто позабыв о юном даровании, сказала:

– Давайте начнем урок с задания, – ребята потянулись к тетрадям и книгам. – Но отложите пока что эти предметы, – остановила их преподаватель, взяв со стола холщовый мешочек, в котором что-то защелкало, слово ударялись друг о друга бусины. – Итак, возьмите не глядя одну руну. Потом найдете ее значение в учебнике, запишете в тетрадь. Только выбирайте не текст из учебника, а как это руна относится к вам. А Милана, если не ошибаюсь, – она взглянула на девочку. Та кивнула довольная тем, что ее знают. – Так вот, Милана посмотрит руны некоторых из вас и тоже скажет нам свое мнение об их значении. Если понятно, приступайте, – ребята закивали.

– А чтобы было еще интересней, то кроме Миланы чужие руны глянут остальные девочки, Оля, Лиза и Алиса.

Максу показалось, что Оля побледнела, Лиза закусила губу, а Алиса просто пожала плечами, мол, ну давайте.

После этого дети по очереди подходили к учительнице, доставали руну и садились на место. Постепенно класс заполнил шелест листов, словно из жаркого лета они перенеслись на прогулку в осеннем лесу.

– Будьте внимательны, – потребовала наставница. – Не переворачивайте руну, это изменит значение.

Максу досталась руна с изображением стрелы, примерно такая, как та, что он нарисовал в классе мелом. Несмотря на жару в комнате и раскрытые окна, его зазнобило. Раскрыв учебник и пролистав страницы, он нашел свою руну. Тейваз, руна воина. А затем углубился в чтение толкования руны. Выходило, что раз стрела смотрит носом вверх, то надо бороться с самим собой. «Руна сильной мотивации и воли», – прочитал он. Да уж, сейчас этого не хватало. Потому что Макс и правда не знал, может, ему только показалось, что Эмма Ивановна пыталась утащить сумку? Может, это совпадение, что она новый учитель? Может, символы в поезде только сон? Вздохнув, он потер лоб и написал в тетради:

«Руна воина олицетворяет дух соревнования, стремление к победе. Говорит о решительном настрое в учебе на семиотика».

Оглядел запись и решил, что для первой попытки сойдет.

– Кто готов? – прозвучал голос Фаины Львовны. Макс поднял руку. – Так, иди сюда, Максим.

– Макс, – неожиданно для себя поправил мальчик.

– Макс, – согласилась учительница, но в голосе прозвучали нотки удивления. – Что тут у тебя? – она взглянула в протянутую тетрадь. – Ага, Милана, подойди, жду вердикта.

Милана взглянула на руну, глубоко вздохнула и продекламировала, словно актриса на сцене. Налет театральности придавала и колоннада, изображенная на стене за ее спиной.

– Руна великого воина досталась впустую,

С собственным «я» он сражается так же несмело,

Как с окружающим миром, что вряд ли понятен,

А потому для победы придется трудиться, – она гордо взглянула на Фаину Львовну.

Илья зааплодировал, ему вторил Матвей и, неожиданно, Лиза.

– Ну что же, ты неплохо слагаешь стихи и владеешь актерскими навыками, – подвела итог учительница. – Макс, а сам ты согласен с такой трактовкой?

– Возможно, – он пожал плечами.

– Значит, Милана права, что все дело в учебе, не во внутренних конфликтах?

Максим поднял голову и встретился взглядом с темными глазами Фаины Львовны, казалось, ей ответ известен лучше, чем Максу.