Читаем Чёрный прах полностью

— Ты видел их там? — спросил Чарльз, оглядываясь. — Людей Волка?

— Люди Генри отследили их досюда, — Йиска заговорил с сильным акцентом, его голос громко и низко звучал поверх ветра. — Это единственное место здесь, где они могут прятаться. Это логичный выбор. Здесь вода. Пещеры, то есть защита от солнца и дождя. Кое-какая дичь поблизости и рыба, и из-за реки, и из-за рощицы.

Чарльз нахмурился, пока они миновали то, что осталось от реки, вившейся по внутренней части каньона. Он не прокомментировал слова Йиски, но Красный видел по его лицу, что он гнушался называть эту узкую струю воды рекой.

Может, призрак был прав.

Сейчас, во всяком случае.

Красный помнил, когда русло этой реки было в четыре раза шире теперешнего размера.

До того, как белые разрушили большую часть земли, до того, как они начали загрязнять небеса, землю и воду, изменяя пустыню вместе с остальным миром, на этих утёсах и в окружающих долинах все было намного зеленее. Жуки ещё не убили за последующие года все сосновые деревья, а также другие хвойные растения.

Пожары тоже ещё не опустошили землю.

Даже сейчас, после весеннего таяния снегов, вода бывала глубокой, и паводки время от времени вымывали русло во время сезона дождей, подхватывая туристов из альпинистов из других штатов в свои грязевые сели, даже иногда убивая их. По всему Нью-Мехико распространялись предупреждения не разбивать лагеря у рек или в руслах пересохших ручьёв, но белые люди не слушали.

Большинство из них вдобавок пытались устроить пешие прогулки сюда без разрешения.

Полиция БДИ и Нации Навахо все ещё ловили скалолазов, которые приезжали из городов и пытались пробраться сюда украдкой, чтобы сделать селфи, написать свои имена на камнях, оставить свой мусор. Эзотерические энтузиасты тоже приезжали, часто для того, чтобы принять галлюциногены и вести себя как идиоты, или чтобы искать своего личного шамана, потому что они прочли книжку Карлоса Кастанеды.

Чужаки все ещё пытались забраться на Шипрок, если индейская и местная полиция не устраивала патрули. Иногда они даже приезжали ночами, несмотря на то, что отправляться к Скале без разрешения племени незаконно. Такое разрешение выдавалось редко, поскольку Крылатая Скала все ещё использовалась для религиозных ритуалов и собраний.

«Белые люди», — подумал про себя Красный, качая головой.

Они в большинстве своём слепы и тупы, как дети.

Призраки другие.

Призраки более высокомерные. Более уверенные в собственной правоте.

Они пришли на Землю так, как белые люди пришли в Америки. Они захотели этого, так что пришли и взяли, не считаясь с тем, кто жил здесь до них, и было ли им здесь место.

Когда Красный повернулся, он вновь обнаружил, что эти необычайно светлые глаза смотрят на него.

Заставив свой разум опустеть, Красный посмотрел на бороздчатые каменные стены, пока они спускались в тень утёсов. Борозды засохшей грязи образовывали самодельную дорогу по мере того, как открывался каньон, и водитель ехал по этим следам вокруг изгиба утёса, который вёл к расселине в главном каньоне с вертикальными стенами, где находилась самая крупная пещера.

— Там, — сказал Йиска, показывая пальцем, когда призрак посмотрел на него.

Они подъехали прямо к входу в пещеру, теперь полностью находясь в тени утёсов по обе стороны. Сама пещера была слишком темной, чтобы нормально что-то разглядеть, учитывая угол падения солнечных лучей и то, как глубоко она уходила под скалы.

— Где вы нашли следы? — спросил Чарльз, когда джип плавно остановился.

Внедорожники за ними тоже остановились, припарковавшись у входа в пещеру.

Когда Красный обернулся назад, уже открывались дверцы, и призраки хлынули наружу. Винтовки висели поверх их пустынного камуфляжа и бронированных жилетов, глаза странных цветов ярко выделялись даже в тенях, отбрасываемых скалами.

— Следы вели сюда, — сказал Йиска, мотнув подбородком и показав на пещеру.

Зеленоглазый призрак уже смотрел в сторону своих людей.

Судя по его глазам, он, возможно, использовал свои экстрасенсорные способности, чтобы поговорить с ними.

— Так и есть, — сказал зеленоглазый, повернувшись обратно к нему.

Красный встретил его взгляд, чувствуя желание другого запугать его, донести посыл, что люди здесь не за главных.

— И я не призрак, — сказал зеленоглазый призрак. — Я дракон.

Его красивое лицо теперь отражало лёгкую злость — злость, которая не очень хорошо маскировалась юмором, который на самом деле не являлся юмором.

— …Мы все здесь драконы, — добавил Чарльз.

Красный фыркнул, взглянув на Йиску, который пробормотал себе под нос несколько слов на навахо.

Красный уловил достаточно слов друга, чтобы издать краткий смешок.

Злость на лице призрака сделалась резче, как будто холоднее.

Он не привык, что ему задают вопросы. Он привык принуждать, силой навязывать свои методы, быть мужчиной на золотом троне, мужчиной, который установил все правила.

— Вы идёте с нами? — спросил зеленоглазый призрак чуть более жёстким тоном.

— А мы вам нужны? — спросил Йиска.

— А почему нет? — поинтересовался Чарльз. — Вы же здесь правоохранительные органы, разве нет?