Читаем Чёрные сердца полностью

— Я недобро к тебе относился, брат, — сказал он. — Поистине, и не только в ситуации с Кико. Я сожалею, что вёл себя с тобой как трус. Я сожалею, что так долго ждал и не говорил о своих чувствах. Я сожалею, что мне понадобилось столько времени, чтобы сказать тебе это, даже когда это уже не имеет значения. Моё оправдание не очень-то меня оправдывает… я сам себе не признавался в этой правде. У меня были свои проблемы. У меня были свои примеры неудачных отношений… свои отказы. Раны от этих отказов оказались свежее, чем я хотел признавать или даже думать об этом.

Его губы поджались, зелёные глаза посуровели.

— Твой друг, Блэк… он знал. Он вызвал меня на разговор. Даже не раз. Он выказывал своё недовольство. Он злился на то, как я веду себя с тобой.

Наоко снова моргнул, охваченный очередной волной неверия.

Блэк?

Блэк злился на Даледжема из-за него, Ника Танаки?

— Под конец он наехал на меня, — признался Джем. — Это случилось незадолго до того, как мы все пошли на ту операцию на острове. Он обвинил меня в том, что я скрываю фиксацию на тебе. Он предупредил, чтобы я разобрался с этим, и разобрался в уважительной манере, иначе он меня отошлёт. Он сказал, что я повёл себя как засранец, соблазнив Кико. Он сказал, что я засранец, раз не поговорил с тобой. Он сказал, что вообще вышвырнет меня из команды, если я не возьму себя в руки.

Взгляд Даледжема вернулся к Наоко.

— Если тебе интересно, насколько достойно я с этим разобрался… я фактически послал его нах*й.

Выдохнув, видящий балансировал на подушечках своих босых стоп, продолжая всматриваться в лицо Наоко.

— Он разозлился ещё сильнее после того, как я порвал с Кико, — признал Даледжем, проводя пальцами по своим длинным чёрно-каштановым волосам. — Я думал, он ищет, кого бы обвинить в случившемся с тобой. Я рассказал ему, как ты вёл себя в тех пещерах, как ты относился ко мне, пока те островитяне мучили меня, и это, похоже, разозлило его ещё сильнее. Что ты защищал меня после того, что я сделал с тобой… Блэк, казалось, пришёл в ярость, потому что я «позволил» тем вампирам забрать тебя, учитывая это.

Заскрежетав зубами, Даледжем пробормотал:

— Признаюсь, я сам вёл себя не совсем здраво после твоего исчезновения. Я не очень хорошо отнёсся к Кико. Я выместил всё на ней. Я порвал с ней грубее, чем следовало — отчасти потому, что я понял, каким трусом был в отношении тебя.

Он посмотрел Наоко в глаза, и в его голосе прозвучала грубая злость.

— Я отмахивался от злости Блэка, считая, что он слишком опекает тебя… и Кико. Я думал, что он обращается с вами обоими как детьми. Я говорил себе, что он расист. Я говорил себе, что он думал, будто вы нуждаетесь в особенной защите из-за того, кто вы. Я говорил себе, что он не видел, как Брик нацелился на тебя… как вампир хотел тебя… потому что ты был человеком. Я говорил себе, что он слишком пёкся о своей жене, чтобы увидеть, что происходило у него под носом. Брик месяцами присматривался к тебе. Это началось в Луизиане, и потом стало только хуже.

Даледжем поджал губы, уставившись на огонь.

Покачав головой, он щёлкнул языком.

— По правде говоря, я виню себя. Я должен был увидеть, бл*дь. Я видел, что вампир хотел тебя. Я видел это, но не понимал, что это значит. Вместо этого я ревновал. Я говорил себе, что я не в том положении, чтобы вмешиваться… что тогда я буду обращаться с тобой, как с ребёнком. За это я мог убить себя. Я определённо мог убить Брика… и даже Блэка. Я винил Мири. Я винил Холо и Джакса. Я винил всех нас. Я винил каждого из нас, чёрт подери, за то, что мы позволили такому случиться с тобой.

Он поднял взгляд.

Его зелёные глаза изучали Наоко, словно пытаясь одним лишь физическим зрением прочесть его реакцию.

— Я прошу прощения, — сказал видящий. — Я сожалею о стольких вещах, что даже не знаю, как выразить это тебе, Ник.

Его подбородок напрягся, взгляд все ещё не отрывался от Ника.

— Прости, что тебя оставили на том бл*дском дереве, — прямо сказал он. — Прости, что мы вообще подпустили к тебе Брика. Прости, что я не заставил Блэка увидеть, что Брик нацелился на тебя. Прости, что я убедил себя, что это лишь ревность, моя паранойя, неуместное собственничество. Прости, что не поднял из-за этого знатную шумиху, чтобы Блэку даже в голову не пришло посылать того мудака-вампира в джунгли на поиски тебя. Тогда бы, как минимум, Блэк приказал бы каждому члену команды искать тебя, быть настороже… не оставлять тебя с Бриком или его вампирами ни при каких обстоятельствах.

Даледжем умолк и стиснул зубы.

Когда он заговорил в следующий раз, его голос понизился до рычания, а взгляд теперь сосредоточился на огне в костровой яме.

— …Прости, что я не вытащил нас всех из этого бл*дского бардака на острове до того, как нас взяли в плен. И самое главное, прости, что я не сказал тебе о своих чувствах. Я говорил себе немало лжи, Ник. Я назвал тебя хорошим лжецом…

Он издал невесёлый смешок.