Читаем Четыре туберозы полностью

Четыре туберозы

Сергей Соколов , Нина Ивановна Петровская , Иоганнес фон Гюнтер , Александр Ланг , Нина И. Петровская

Вздымались седые пески,Надвигались ратью летучей,Догоравшего неба кускиГасли за тяжкою тучей.Пески закрывали пути,Равняли и выем, и выступ,В город стремились войти,Надвигались дерзко на приступ[123].Народ, смятеньем объят,Понимал бессмысленность битвы!Звучал полновесный набат,Во храмах не молкли молитвы.Один только Князь, как всегда,Был уверен в себе и спокоен.Он стар, но не властны годаНад тем, кто бессмертья достоин!Он в тайны науки проник,Он дал народу законы,Он с врагами бороться привык,Ни в чём не встречал он препоны!И смело поднял он меч,Пошёл на боренье с песками;Чтоб силой принудить их лечь,Решил потоптать их войсками.Но туча за тучей несласьПесков всепобедная сила,И тщетно топтал их разгневанный князь:Войско стена окружила.Усталых, упавших телаПокрывает саван зыбучий.Всё черней беспросветная мгла,Всё грозней находящие тучи[124].И нет путей, наконец.Князь готов покориться проклятью:Он встретит смерть, как боец.С своею верною ратью!..Но вдруг выступает старик,Пескам угрожает клюкою.Столетний пергаментный ликДышит волей живою.И пали послушно пескиКовром золотисто-чудесным…Войска, отступя, далеки,И Князь вдвоём с неизвестным.И молвил странный Старик:«Князь! ты ведаешь много,Ты в тайны земные проник,Но тайнам нет меры у Бога!И в них-то зрим нам Господь,Как солнце в зеркальной меди.Те тайны косную плотьВедут к великой победе.Избранник ты меж людей,Я незримый твой покровитель.Благодать в душе возлелей,Будь в высшей борьбе победитель!»Так молвил старик и исчез,А князь был в раздумье глубоком.Солнце с прозрачных небесСмотрело торжественным оком.Свой меч волоча по песку,Князь в город пошёл, побеждённый.Но верил в душе Старику,Словами его опьянённый.Победную рать народ[125]Встретил в восторге великом.Всю гулкую ночь напролётКнязя славили кликом.Во дворце не молкнул напевВесёлых, торжественных песен.Были пляски прельстительны дев,Был кубков звон полновесен.Холодная, тихая ночьЛампады зажгла богомольно,Людям желала помочьМолитвой престольной.Но князь на пиру меж друзейВсё грезил о вещей загадке,Вздымая грудью своейМантии пышные складки.И только раз на пируОн поднял орлиные очиИ жадно внимал гусляру,Как внемлют видению ночи.