Читаем «Четвёртая стена» (СИ) полностью

Что, впрочем, становится сомнительным, когда появляется Кас, лишний раз подтвердив редкое умение поймать момент и позабавив Дина новым зрелищем: Сэм замирает как олень под прицелом ружья.

— Привет, Кас, — бросает Дин, и Сэму он явно кажется слишком весёлым и расслабленным. Дин только ухмыляется: не он же тут втихаря читал порнуху про ангела небесного. Ему-то нечего стыдиться.

Ну, ничего нового, во всяком случае.

Сэм упорно делает вид, что взглянуть на Кастиэля ему не составит труда. Вот что случается, когда целое утро читаешь ангельское порно! Так тебе и надо, Сэм Винчестер!

Или у Кастиэля очередной приступ наблюдательности, или он совершенно естественно видит подозрительное поведение Сэма.

— Не обращай внимания, Сэм просто в бешенстве из-за вымышленного секса, которым мы с тобой занимаемся в сети, — поясняет Дин.

— Дин! — какой чудный истерический голос, и добиться-то легче лёгкого.

Совершенно сбитый с толку, Кастиэль косится на Сэма и явно не собирается ни раздеваться, ни к кому-нибудь приставать. Что, наверное, к лучшему.

— Господи, Дин, ты не должен говорить такие вещи! — возмущается Сэм, как будто ангел может сдетонировать от слишком частого упоминания секса. Возможно, стоит напомнить ему, что Кас умеет читать мысли и потому уже насмотрелся самых разнообразных извращений, когда-либо пришедших на ум Дину. Если бы Кас собирался, он бы уже взорвался раз десять.

Сэм ещё несколько секунд выразительно таращится на Дина, затем сгребает ноут и удаляется в другую комнату, громко хлопнув дверью.

Кастиэль по-прежнему выглядит озадаченным.

— По крайней мере, с тобой я буду сверху, — заключает Дин и возвращается к поискам их ящерицы-монстра.

========== Глава 2. Закладки ==========

В которой Дин учит Кастиэля новым вещам, а Сэм мечтает быть единственным ребёнком в семье.

— Ну как, теперь понял? — спрашивает Дин с полным ртом бекона, салата и помидоров.

Кастиэль сидит за столом напротив и на лице у него написано «серьёзная проблема». Собственно, с таким выражением он сидит с тех самых пор, как Дин пустился в объяснения.

— Люди пытаются расширить книжную историю про тебя и про Сэма своими собственными рассказами, придумывают приключения и связи, часто в сексуальном смысле, — осторожно продолжает Дин. — Очень часто в сексуальном, — прихватывает лист салата за краешек, — почти всегда.

— И верят, что это правда? — спрашивает Кастиэль.

Дин хрюкает и жмёт плечами:

— Да Бог их знает, — раздумывает, не предложить ли Касу половину сэндвича, но тот скорей всего только уставится на него, а это будет чудовищной тратой деликатеса. — Думаю, знай они, что мы существуем, им бы хотелось, чтобы это было правдой. Но они не знают… мало кто знает.

— А в интернете они показывают свои истории людям с похожими взглядами? — в устах Каса это звучит и вполовину не так идиотски, как должно бы.

— Ага, потому что интернет создан для порнухи.

Дин успевает выпить полстакана колы, пока Кас всё это осмысливает.

— Как бы там ни было, ангелы явно пришлись им по вкусу – по крайней мере, ты пришёлся, – и в книгах между нами сумасшедшая химия. А Сэм теперь психует, что фаны перестали писать, как мы трахаемся с ним, и вместо этого пишут, как мы трахаемся с тобой. Сэм чувствует себя брошенным, ему не с кем трахаться, он едет крышей…

На лице Кастиэля отражается шок.

— В фанфиках, — поспешно уточняет Дин, — едет крышей, или во всяком случае, ревнует, — прицелившись, отгрызает б’ольшую часть сэндвича, — и пытается выяснить, почему фаны любят тебя больше.

Кастиэль хмурится, как будто по-прежнему не понимает. Люди обычно вполне сносно ловят тонкости в беседе, и Дин всё никак не привыкнет особо отмечать их для Кастиэля, а потом методично разъяснять, если тот не сообразит. Всё равно что пытаться объяснить что-то ребёнку, который одновременно гений и слегка запаздывает в развитии.

Дин очень надеется, что Кас его сейчас не слышит.

— Ты как будто… — Дин морщится, — украл его фанатов и… меня, в каком-то смысле. И мы сбежали.

— Но мы никогда с тобой не сбегали, — возражает Кастиэль, в замешательстве склонив голову на бок. Хотя, по правде, тут есть от чего прийти в замешательство.

Дин вытирает руки о джинсы.

— За всё то время, пока мы сражались с Сэмом… — Дин останавливается и, прищурившись, глядит на Каса поверх сэндвича. Ему ведь незачем пересказывать всю эту прошлую чертовщину, Кас и так всё уже знает. — Полагаю, всё началось с тех пор, как Чак начал печататься. Мы теперь популярны.

— И в этих расширенных историях мы вместе вершим великие дела, — в голосе Кастиэля сквозит осторожный оптимизм.

Дину не хочется отрицать.

— Да уж должны. Хотя, судя по закладкам Сэма, мы куда чаще занимаемся сексом, мы постоянно занимаемся сексом, я ума не приложу, когда я успеваю спасать мир между всем этим сексом. Хотел бы я столько же трахаться в реальности… — Дин внезапно понимает, как это звучит, — но не с тобой, разумеется.

Кастиэль кивает, как будто признаёт, что заниматься с ним сексом в реальной жизни было бы странным или ненормальным.