Читаем «Четвёртая стена» (СИ) полностью

========== Глава 1. История посещений ==========

В которой Сэм проводит специфическое расследование, а Дин вовсю развлекается.

Если и есть в Сэме что-то классное, так это его способность раскапывать информацию. Разумеется, Дин и сам в этом профи, просто это отнимает у него чуть больше времени, и он чаще отвлекается на порнуху.

Хотя сегодня что-то явно не по плану. Сэм не произнёс ни слова с тех пор, как они сгрузили книжки и ноут на стол. Даже не ворчал на Дина, чтобы тот разулся, а ведь он всегда ворчит; они оба могут быть изрешечены пулями, а Сэм всё равно отыщет время на своё нытьё.

Что-то тут не так.

Покачнувшись на стуле, Дин клонится в сторону, совсем немного, только ухватить взглядом край монитора:

— Ну, нашёл хоть что-то про ящерицу-монстра?

— Нет! — чересчур поспешно и чересчур громко отзывается Сэм и – ух ты! – с треском захлопывает ноут; просто чудо, как тот не искрит и не ломается.

Дин вздёргивает бровь:

— Искал порнуху?

Сэм заметно вздрагивает и протестует:

— Нет, не искал, — и да, вот она, его виноватая физиономия, разве что чуть беспокойней обычного.

— Само собой, — в голосе Дина нет ни капли убеждённости, и всё же он отступается. Закатив глаза, берётся за следующую книгу и ведёт себя как ни в чём не бывало – листая страницы, ищет изображения когтей среди всей этой бесполезной, надуманной чепухи.

Он умеет ждать.

Он выжидает целых семь минут.

— Пойду найду чего-нибудь выпить, — решает Сэм, и Дин совершенно никак на это не реагирует. — Тебе взять?

— Ага, — соглашается Дин и старательно пялится в страницу, где нечисть на картинке закопалась во внутренности жертв. — Было бы неплохо.

Сэм исчезает за дверью и Дин ровно десять секунд слушает топот гигантских ботинок по гравию, а потом снова кренится на стуле и разворачивает к себе ноутбук.

Сэм никогда не чистит историю – Дин слишком часто плюхался задницей на клаву, отправляя часы работы в небытие.

Дин открывает первую попавшуюся ссылку и ему хватает четырёх предложений, чтобы понять, что он читает. Четырёх очень красочных и очень натуралистичных предложений. Это порнуха про ангелов, и сам он тут уже определённо обнажён.

Дин наклоняется на стуле ещё ближе и листает всё дальше, и дальше, и дальше. Две страницы спустя он лишает ангела невинности, что описано в мельчайших деталях, и вот же ж мать вашу, выдуманный Кас, оказывается, такой гибкий…

Но тут стул под ним решает, что на сегодня этого дерьма уже достаточно, покорнейше благодарю – и Дин с грохотом валится на пол, больно приземлившись на спину. С минуту он лежит неподвижно, размышляя, как у него вообще должно остаться время на охоту на монстров при всём этом бесконечном трахе? И почему всегда с парнями?

Блин, теперь ещё и спина ноет.

Дин неловко, болезненно поднимается на ноги, переворачивает стул, тянется за книгой…

— Чёрт! — и тут же рывком возвращается к столу, захлопывает окно на экране ноутбука и грохается обратно на стул, как будто и не двигался с тех пор, как Сэм вышел.

Дин сам удивляется своей ловкости – когда Сэм возвращается с двумя стаканами колы, он всем своим видом выражает смертельную скуку; самый воздух полон усталого раздражения. Теперь Дин уже в курсе, что Сэм читал про него порно, и откровенно говоря, впечатлён собственным невозмутимым видом.

— Итак, — буднично начинает он, подгадывая момент, когда Сэм наберёт полный рот колы, — не расскажешь, с чего вдруг ты читал порнуху про меня и Каса?

Часть колы оказывается на стене, другая, судя по булькающим звукам, попадает Сэму не в то горло.

Долгое время слышен только кашель, придушенный хрип – и тишина.

Дин даже думает, вдруг Сэм и вправду помер.

Но нет, раздаётся громкое судорожное «кха!» – и Сэм возвращается в мир живых.

Дин поднимает взгляд:

— Нет, я серьёзно, уж куда как странно мне найти это в твоём ноуте, но ещё странней тебе держать там этот хлам.

— Да не искал я его! — протестующее хрипит Сэм, — и я не… слушай, я говорил с Чаком, ему шлют тонны этой ерунды, и он не собирался обсуждать это с тобой – решил, ты… — Сэм прекращает кашлять, шлёт Дину испепеляющий взгляд и кашляет снова: — или отмахнёшься, или всё перевернёшь с ног на голову.

Сэм всё ещё злится, бесится каким-то очень странным образом, будто кто-то украл его…

— Погоди, старик… ты психуешь, потому что сеть больше не кишит нашим с тобой выдуманным трахом?

Сэм выдаёт своё фирменное «да пошёл ты» лицо, но Дину слишком весело, чтобы так просто отвязаться:

— Так и есть!

— Да нет же, я… — выражение лица Сэма вдруг становится почти страдальческим, — обо мне еле вспоминают за весь фик, а если и вспоминают, то я либо злодей, либо тут же жмурик.

У Дина нет ни единого шанса удержаться от хохота.

— Дин, я серьёзно! Я только… — Сэм выдыхает, шумно и беспомощно, — я всего лишь пытался понять, за что они меня не любят. Или, по крайней мере, с чего вдруг так полюбили Каса, ведь изначально Чак писал про нас…

И Дин запускает в него книжкой.

— Ай!

— Друг, не вынуждай меня делать это снова, — стонет Дин. — Ты ноешь, как двенадцатилетняя девчонка. Это не конкурс популярности.