Читаем Четвертая сестра полностью

Катя, обняв Веру, пытается увести ее. Таня тоже обнимает Веру. Долгая пауза, полная тоски и печали. Один только Коля невозмутимо продолжает мыть пол.

Вера: Я не… Не вернусь на работу. Не могу я туда идти. Поймите, сестрички мои дорогие, не могу я больше видеть его. Боже мой, на что мы будем жить? Я найду работу. Я ведь учительницей была.

Таня: Завтра я не иду в школу. Учителя бастуют. Потому что им три месяца не платят зарплату.

Катя(мрачно): Как-нибудь прокормимся. Я буду воровать мясо у зверей, мы им станем торговать. Пепси меня поймет. Не беспокойся, Вера. Выживем как-нибудь. Коля будет ухаживать за ребеночком.

Вера: Никакого ребеночка не будет.

Катя: Почему?

Вера: Я так решила. К черту! Я избавлюсь от него. Я не хочу этого ребенка.

Таня: Я тебя понимаю. Я бы поступила также. Возьми у этого подонка деньги — и с концами…

Катя: Что?

Вера: Ни копейки у него не возьму!

Таня: А откуда ты собираешься достать деньги? Приличный аборт стоит не меньше шестисот долларов.

Вера: Пойду в общедоступную клинику.

Катя: Только не это. Там аборты делают без наркоза.

Таня: Оооо! (Из ее груди вырывается стон ужаса и отчаяния.)

Вера: Я выдержу. Мамочка покойная, царствие ей небесное, всегда говорила: терпи, пока молода. (Плачет.)

Из-за сцены доносится громкий, отчаянный вопль, затем шум падающего тела. Врывается Бабушка. Молча пробегает через комнату, устремив взгляд к окну. Лучше, если окно будет закрыто, и Бабушка рукой выбьет стекло. Сестры в оцепенении смотрят на нее.

Бабушка: Они пришли. Их двое. Они выбросили Костю в окно. Ах, если бы я была внизу…Я бы поймала его… О Боже мой, Боже мой, за что? За какие грехи? Нет больше Кости. Мой мальчик, мой дитенок, мой ребенок…

Таня(растерянно): Господи. Костя?

Катя: Господи Иисусе!

Вера: Идите сюда, помолимся за Костю.

Бабушка тяжело опускается на колени и молится. Сестры тоже преклоняют колени. Долгая пауза.

Входит Костя. Он хромает и держится за бок. На нем деловой костюм и тапки. Костюм в грязи. Никто его не замечает: все продолжают молиться.

Бабушка: Он был таким хорошим мальчиком…

Костя: Вы это о ком?

Бабушка наконец замечает его.

Бабушка: Сыночек… Нет. Вы только посмотрите на него. На что похож твой костюм? Ничего, он только запачкался. Я его постираю — и будет как новенький. (Машинально счищает грязь с костюма.) Спасибо тебе, Господи! Сыночек, ты жив! Жив!

Костя: Да жив я, жив. Я на газон упал. Не волнуйся, мама, костлявая меня не тронет. (Подходит к окну и выглядывает.) Эти ублюдки ушли. А от смерти я откуплюсь.

Бабушка: Благодарение Господу!

Слышится игра на аккордеоне. Ветеран афганской войны, безногий, сидя в инвалидном кресле-каталке играет на аккордеоне.

Бабушка: Эй! Чего это ты разыгрался? А ну-ка марш отсюда!

Выталкивает кресло-каталку за сцену.

Картина шестая

Таня появляется на просцениуме со своим воздушным шариком.

Таня(с энтузиазмом): Мамочка!

Прикрепляет записку к шарику. Шарик поднимается вверх и лопается.

Таня: Ах! (Сердито): У меня больше не осталось шариков, так что слушай, мамочка. Ты не могла бы сосредоточиться и вымолить эти шестьсот долларов, которые нам нужны на аборт для Веры? Если ты сумеешь, мамочка, я забуду про историю с официантом. Или передвину ее на потом. Мамочка, ты же прекрасно понимаешь, как страдает Вера. Правда? И она не хочет брать деньги от того подонка, который ее обрюхатил. А с другой стороны, мамочка, ты обратила внимание, как элегантно выглядит Костя? Что?

В этот момент появляется Костя.

Таня: Я так испугалась!

Костя: Чего?