Читаем Четверо со «Сринагара» полностью

Он медленно приходил в себя. Даже сейчас, потрясенный неожиданностью при виде меня, очевидно, понимая, что на этот раз не вывернется, он все же сумел справиться с собой и почти полностью вернуть самообладание в промежутке между двумя фразами.

— Надеюсь, у вас хватит здравого смысла, чтобы не совершить бесполезное убийство, мистер Скотт?

— За последнее время из меня вышибли остатки здравого смысла!

Госс незаметным движением скользнул вправо по ковру. Я направил на него пистолет.

— Лучше бы вам не шевелиться, Госс! Я не стал питать к вам более дружеские чувства с тех пор, когда мы встретились последний раз на «Сринагаре»!

Он снова замер. Оба они с Сильверманом не спускали с меня глаз, переводя взгляд с пистолета в моей руке на мою одежду и лицо. Должно быть, я выглядел так, словно меня только что извлекли из ямы на свалке в Ла-Бреа. Костюм Фишера, и без того сидевший на мне, как на чучеле, был весь изорван, а мое лицо цветом походило на старый ванильный торт с малиновым вареньем.

У меня оставалось мало времени до прибытия полиции, если, конечно, в последнюю минуту не случится ничего непредвиденного, а я должен был еще задать пару вопросов обоим Бобам.

— У одного из вас еще есть шанс, — сказал я. — У того, кто заговорит первым. Учтите, что сейчас от меня зависит вынести вам оправдательный приговор!

Сильверман бросил косой взгляд на Госса:

— Не слушай этого идиота! У него вся рубаха в крови! Ты же видишь, что он едва держится на ногах!

— Вам не придется рассказывать мне очень много, — продолжал я. — Девяносто процентов мне уже известно. Можете поблагодарить за это Ральфа, между прочим. И еще Наварре, с которым мы мило побеседовали несколько минут назад... — Я быстро перечислил основные факты и обернулся к Сильверману: — Я просмотрел документы в голубой папке. Мне известно, что вы давали Госсу крупные суммы, из которых он по крайней мере половину вкладывал в дело от имени «Компании развития Атласа». Чеки легко проследить, а тот факт, что вы являетесь членом Государственной комиссии по строительству шоссейных дорог, плюс карта с пометками красным карандашом, которая лежит перед вами на столе, все это может служить достаточным основанием, чтобы отправить вас довольно далеко от вашего обычного местопребывания. Даже для меня это вполне очевидно, а уж экспертам, конечно, не составит никакого труда доказать связь между Робертом Госсом и «Компанией развития Атласа», а также между вами и Госсом. Вы оба спеклись на этом деле с дорожным строительством, не считая уже убийства и других любопытных подробностей...

Никто из них не произнес на слова.

Я попытался подойти с другой стороны и обернулся к Госсу:

— Мне известно, что этот общественный деятель снабжал вашу компанию сведениями о том, где будут прокладываться дороги. Вы представляли собой ширму и обеспечивали черную работу через Наварро. Велден, пока не струсил, оформлял все махинации по скупке земель. Но кое-какие детали мне пока не известны... — Я сделал паузу, выжидая, пока мои слова произведут на них соответствующее впечатление. — Я не знаю, например, кто из вас был наверху всей этой кучи.

На этот раз опять никто не произнес ни слова. Но Госс нервно облизал губы и слегка повернулся ко мне, словно собираясь заговорить. Губы Сильвермана, казалось, срослись друг с другом.

— Можешь не бояться этого деятеля, — сказал я Госсу. — У меня имеется достаточно материалов, чтобы обеспечить вам обоим целый фунт таблеток цианистого калия в маленькой уютной комнате, выкрашенной в светло-салатный цвет в Кью (Кью — камера для приведения в исполнение смертных приговоров в тюрьме «Сен-Квентин»). Ты ведь знаешь, что такое Кью, верно, Мориссон?

Он вздрогнул, когда я назвал его настоящее имя.

— Мне все это представляется следующим образом, — продолжал я. — Сильверман с самого начала был организатором этого дела, так сказать, человеком за сценой. Зная, что ты скрываешься от полиции, ему не составило большого труда убедить тебя сотрудничать с ним. Быть его ширмой. Тем более, что дело представлялось весьма прибыльным...

— Кой черт прибыльным... — проворчал Госс.

— Заткнись! — резко оборвал его Сильверман, глядя мимо меня на Госса. — Разве ты не видишь, что он ничего не может доказать? Это же пустая болтовня! И посмотри на него: ведь он уже наполовину мертв! Его не хватит и на пять минут! Боб, послушай меня. Ты ведь знаешь, какие у меня связи. Клянусь тебе, я сумею вытащить нас обоих!

Не приходилось сомневаться, кто из них босс. Я постарался изобразить на лице некое подобие улыбки.

— Нет, это не болтовня, Сильверман. В настоящий момент Наварро стоит перед полицейским инспектором и повторяет ему слово в слово все то, что я только что сказал вам. Полиция будет здесь через минуту, а может, и раньше.

— Он лжет! — выкрикнул Сильверман. — Он пришел сюда один! Никакой полиции не будет, Боб!

И тут я услышал сирену. Собственно, это еще ничего не означало: патрульная машина могла либо направляться сюда, либо просто следовать мимо. Тем не менее я сказал:

— Слышите? И что вы теперь на это скажете, приятели?