Читаем Четверо со «Сринагара» полностью

— Слишком поздно... для доктора... Я умираю...

Я влепил ему крепкую оплеуху.

— Тебя еще хватит на то, чтобы выложить все, что ты знаешь! Если я не прикончу тебя до этого, приятель! Мне что-то не нравится сидеть здесь слишком долго, ожидая, когда ты загнешься. Выкладывай и побыстрее, пока я не потерял терпение!

Возможно, что моя пощечина помогла ему начать. Он заговорил, и достаточно быстро, в надежде, что успеет дожить до того момента, когда доктор спасет его от смерти. Во всяком случае, больше никаких хлопот у меня с ним не было. Когда я спросил, зачем он был в ту первую ночь на «Сринагаре» и что делали остальные трое, он разразился целой речью, изобиловавшей деталями и подробностями.

— Сильверман и Госс оба руководили всем делом. Я обеспечивал «рэкет» физической силой и организовывал всю грязную работу в основном при помощи Брандта и его банды из «табачного ящика». Брандт был также владельцем «Красного петуха», так что я мог в любую минуту войти с ним в контакт. Я заподозрил Велдена в двойной игре: он был слишком труслив, и я боялся, что он расколется. Поэтому я был на борту на случай, если бы им пришлось заняться всерьез. После того как мы немного повздорили с тобой там, на полубаке, я явился в каюту, чтобы сообщить им о тебе и о том, что твое присутствие на борту может означать крупные неприятности. Затем ты вдруг неожиданно ввалился в каюту... Ну, дальше ты знаешь... Когда я пришел в себя после твоего двойного свинга, Госс мне сказал, что им пришлось поскорее спровадить Велдена со «Сринагара» и что ты отправился вслед за ним. Мне поручалось уладить все это дело. Я договорился с ребятами Брандта, чтобы они занялись Велденом и тобой...

— Почему мной?

— Госс мне сказал, что если ты пронюхал о присутствия Сильвермана на борту «Сринагара» и о том, что Велден тоже был здесь, дело может чертовски осложниться. Они твердо решили убрать Велдена. Поэтому-то тобой и следовало заняться, прежде чем ты успел бы наделать нам кучу хлопот.

— А почему они вообще решили убрать Велдена?

— Он был замешан в какие-то земельные операции с Сильверманом и Госсом. Подробностей я не знаю.

— Зато я знаю...

Наварро все еще лежал навзничь на дороге с закрытыми глазами. Но дыхание его стало нормальным, и цвет его измазанного грязью и кровью лица принял более живой оттенок. Он был совершенно цел и невредим, если не считать того, что он был абсолютно убежден в том, что минуты его сочтены и он умирает.

— Что это за «дело», которым руководили Сильверман и Госс? — спросил я.

— Я почти ничего не знаю об этом. Госс просто говорил мне, что надо сделать, и я делал. Я выполнял только черную работу... — Он снова провел языком по губам. — Послушай, как насчет доктора, а? Я не хотел бы, чтобы он опоздал...

— После того, как ты выложишь все, Джо! Так что не тяни время. Кто участвовал в убийстве Велдена?

Он недовольно поморщился, вспоминая.

— Я... и те двое, что со мной...

— Их больше нет с тобой, Джо. Они едва не наступили на динамит, когда он взорвался.

— Откуда, черт возьми, у тебя вдруг оказалась эта адская бомба?

— Я думал, что это ты подложил мне ее сегодня вечером под капот «кадиллака» перед Окружным госпиталем.

— Так вот оно что! Нет, это не моя работа. Это Арти. Он любит громкие эффекты. Он пытался подловить тебя с самого начала, как только заварилась вся эта каша... — Наварро замолк на мгновение и негромко простонал: — Если бы ты знал, какую шумиху ты поднял! Наверное, не меньше десятка людей охотились за тобой. Включая и Арти...

— В это я могу поверить. А каким образом Арти напал на мой след? Я не пробыл в госпитале и пятнадцати минут.

— Когда Моэ и Джитс продырявили Лайма у бара Луиджи, мы уже знали, что Лайм не полностью отдал богу душу и что его наверняка отправят в Центральный приемный госпиталь. Так что наш человек уже был там, чтобы принять меры на случай если Лайм начнет раскалываться. Он увидел тебя, выследил и позвонил мне. Я связался с Арти, и он примчался к Окружному госпиталю почти вовремя... — Он помолчал и добавил: — Когда ничего не произошло, я подумал, что Арти просто что-то напортачил...

Он открыл глаза, посмотрел на меня и снова закрыл их.

— Шелл, доктора... Я слабею с каждой секундой...

— Эти двое, Моэ и Джитс... По-моему, мы с ними еще не встречались.

— Встречались, Шелл. Возле дома Митчелла. Когда ты выскочил с той голубой папкой под мышкой. Моэ всадил в тебя пулю, а ты отправил его в морг. Джитс смылся вместе с Митчеллом.

Я знал, что Наварро был человеком, который руководил действиями своих головорезов и распоряжался бандитами Брандта. Но каким образом ему было известно все, до мельчайших подробностей, о всех моих перипетиях, этого я никак не мог понять. Когда я спросил его об этом, он криво усмехнулся и сказал:

— Это все знали. Я же тебе сказал, что ты и понятия не имеешь, какую бучу ты поднял. Телефоны верещали, как грешные души в аду: «Скотт здесь...», «Скотт там...», «Скотт поехал туда...», «Скотт приехал сюда...». За тобой была организована слежка, как за сбежавшей принцессой, только что без вертолетов и телевидения...