Читаем Честь взаймы полностью

Кому-то другому никогда не простили бы статуса профессорского любимчика, заклевали, загрызли бы насмерть. Даже при том, что благоволение мэтра Коринея выражалось исключительно в дополнительных занятиях. Ибо зеленоглазый сын юриста словно родился специально для того, чтобы держать в руках скальпель. Он интуитивно чувствовал, где нужно сделать разрез, будто бы видел сквозь кожу и мышцы. Кайру даже не завидовали. Как можно завидовать дару, полученному непосредственно от ВсеТворца?

– Эгей! А чего вы тут делаете? – спросил юноша, незаметно подкравшись к увлеченным подслушиванием сокурсникам. – А где мэтр? Мне он срочно нужен.

– Тс-с-с-с!

Но было поздно. Слух у Ниала Коринея как у кошки, он слышит, как у студиозов глисты в брюхе ползают, к тому же Кайра он поджидал с нетерпением, ибо уже сроки вышли для возвращения практикантов. Все приступили к занятиям, кроме Финскотта.

Наставник бросил недотерзанного лаборанта утирать сопли, чтобы убедиться: слух его снова не подвел.

– Ах вот вы где?! Как понимать ваше опоздание к началу цикла лекций? – осведомился Кориней, зловеще шевеля мясистыми ушами.

Обычно после такой прелюдии начинался грандиозный разнос, чреватый любыми последствиями. Блестящий лысый череп профессора покрылся пунцовыми пятнами, маленькие глазоньки-буравчики стали еще уже, и где-то в глубинах могучей груди зародился глухой рык.

Но Кайра словно подменили во время плановой акушерской практики.

– Мэтр, я прошу прощения, но меня задержало дело чрезвычайной важности, – сказал он таким странным тоном…

Тоном, который просто не мог никому дать усомниться в том, что юноша говорит истинную правду. При этом он глядел наставнику прямо в глаза, ничуть не смутившись гневными метаморфозами облика профессора Коринея.

– Я умоляю вас последовать за мной. Ваша помощь необходима срочно.

– Кому? – прямо спросил отреченный маг.

– Одному очень… важному человеку. Пожалуйста, – взмолился Кайр, по-детски теребя рукав широкого бледно-зеленого савана, который профессор именовал «лабораторным халатом». – Время не ждет.

Впоследствии коллеге и напарнику изруганного Айнеля Сафиджи – добросердечнейшему, тишайшему и милейшему мистрилу Байю – пришлось отпаивать настойкой пустырника не только пострадавшего, но и всех остальных свидетелей эпохальной сцены. Как мэтр Кориней скидывает свой саван, снимает с вешалки плащ и невозмутимо шествует следом за выскочкой-Финскоттом. Тот самый уникальный случай, когда не СреброДама идет к горе, а гора – к СреброДаме.

Даже без тюка с одеялами и корзинки, доверху нагруженной съестным, которые самоотверженно волок на себе парень, Ниал Кориней догадался, что к шуткам и розыгрышам происходящее с учеником отношения не имеет. Предположений было множество, но бывший маг не стал торопить события, скоро все и так будет понятно. И направление, взятое Кайром, ничуть не удивило: кладбище Эль-Эглод именно для того и предназначено ныне – хоронить не мертвых, но тайны.

А тайны… тайны Ниал любил с детства. Горячие оплеухи, полученные от матери, когда он доподлинно выяснил, чем таким тайным она занимается с папашей ночью за закрытой дверью спальни, ничуть не охладили пыл мальца и страсть его к исследованиям. Дальше – больше. Куда подевались бабкины бусы? Кто сожрал полкило коровьего масла у соседки? Зачем папаша ходит в тот маленький неприметный домик на городской окраине и почему он так странно себя ведет после возвращения? На эти и другие вопросы мальчишка с легкостью находил правильные ответы, вот только они так мало радовали вопрошавших. Кому охота знать, что бусы пропиты, масло стащил любовник, а отец пристрастился курить опиум? А если дознались, то чего теперь делать прикажете, господа хорошие?