Читаем Честь полностью

Он так надолго замолчал, что я уж решила, что он свернул в поля, что простирались по обе стороны от дороги. Я слегка повернула голову, чтобы проверить. Нет, он все еще шел по противоположной стороне дороги, склонив голову. Потом он вдруг посмотрел на меня, и наши взгляды встретились. Его взгляд прожег меня насквозь, горячий, как земля под нашими ногами.

— А есть ли разница? — спросил он. — Мы оба из Индии, так? Мама Индия дала нам жизнь, разве нет?

Он не сердился. Скорее в его словах была печаль, как в звуках одинокой свирели в ночи. Но в ту минуту вся моя жизнь изменилась. Убеждение, которого я придерживалась всю жизнь, дало трещину, и когда я заглянула внутрь, то увидела там пустоту.

— Я так не считаю, — ответила я. — В это верят мои братья.

Нам навстречу шли мужчина и маленький мальчик, и мы снова замолчали. «Салаам, как дела?» — поприветствовал отца мальчика Абдул, и тот кивнул. Мы приближались к ответвлению дороги, которое вело в его деревню, и я замедлила шаг. Когда мужчина с ребенком отошли на приличное расстояние, Абдул сказал:

— Взгляни направо. Там маленькая тропинка, она ведет к реке. Если хочешь, можем пойти туда на несколько минут и спокойно поговорить. Там нас никто не увидит.

Сердце сжалось от страха. Что я такого сделала, что этот мужчина решил, будто я из тех женщин, что ходят с незнакомцами к реке? Я взмолилась, чтобы земля поглотила меня целиком в тот самый миг и час.

— Мина-джи, — сказал Абдул, — прошу, не сочти за оскорбление. Я знаю, что ты благочестивая девушка. И прошу пойти со мной лишь потому, что хочу открыть тебе свое сердце.

Я пошла быстрее; мне не терпелось скорее уйти оттуда.

— Пожалуйста. Даже если откажешься, не держи на меня зла. Я не хотел проявить неуважение. Я скорее свою амми обижу, чем тебя. Прошу, поверь.

Я молчала и шагала дальше. Прошла мимо маленькой тропинки, где он просил меня свернуть направо. Вскоре он оставит попытки, и я пойду домой одна.

Домой. Я представила нас вчетвером за ужином: Радха, злая, что опять просидела весь день дома. Арвинд, как всегда пьяный. Говинд и его бесконечные жалобы на все на свете. Я увидела нас в убогом доме, за едой, купленной на наши с Радхой деньги; представила, как мне вновь и вновь приходится терпеть оскорбления Говинда и его издевательства. Говинд так и не простил нам с Радхой, что мы не подчинились его приказу. Я ощущала на себе всю тяжесть его гнева.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сочинения
Сочинения

Иммануил Кант – самый влиятельный философ Европы, создатель грандиозной метафизической системы, основоположник немецкой классической философии.Книга содержит три фундаментальные работы Канта, затрагивающие философскую, эстетическую и нравственную проблематику.В «Критике способности суждения» Кант разрабатывает вопросы, посвященные сущности искусства, исследует темы прекрасного и возвышенного, изучает феномен творческой деятельности.«Критика чистого разума» является основополагающей работой Канта, ставшей поворотным событием в истории философской мысли.Труд «Основы метафизики нравственности» включает исследование, посвященное основным вопросам этики.Знакомство с наследием Канта является общеобязательным для людей, осваивающих гуманитарные, обществоведческие и технические специальности.

Иммануил Кант

Философия / Проза / Классическая проза ХIX века / Русская классическая проза / Прочая справочная литература / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Обитель
Обитель

Захар Прилепин — прозаик, публицист, музыкант, обладатель премий «Национальный бестселлер», «СуперНацБест» и «Ясная Поляна»… Известность ему принесли романы «Патологии» (о войне в Чечне) и «Санькя»(о молодых нацболах), «пацанские» рассказы — «Грех» и «Ботинки, полные горячей водкой». В новом романе «Обитель» писатель обращается к другому времени и другому опыту.Соловки, конец двадцатых годов. Широкое полотно босховского размаха, с десятками персонажей, с отчетливыми следами прошлого и отблесками гроз будущего — и целая жизнь, уместившаяся в одну осень. Молодой человек двадцати семи лет от роду, оказавшийся в лагере. Величественная природа — и клубок человеческих судеб, где невозможно отличить палачей от жертв. Трагическая история одной любви — и история всей страны с ее болью, кровью, ненавистью, отраженная в Соловецком острове, как в зеркале.

Захар Прилепин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Роман / Современная проза