Читаем Чертов данж полностью

Я так и знал, что этой беседы мне не избежать. Поэтому просто достал хрустальный череп и дал Адельхейд прочитать описание. Конечно, это противоречило моей прежней доктрине ничего не разглашать о себе, и шло в разрез с паранойей по поводу женщин, что должна вроде была усилиться после предательства Руфаэль. Но Адельхейд мне нравилась так, что не хотелось в отношениях с ней действовать по плану, как наиболее выгодно, да и навалившееся непростое настроение подсознательно требовало большей открытости, в инстинктивной надежде получить взамен еще больше позитивных эмоций от этого чистого и яркого создания, заряжающих меня желанием жить и бороться.

– Надо же, и правда проклятие! – Адельхейд явно после нашего разговора в городе придумала какую-то другую версию, которая только что рухнула, не оправдавшись. Как я и предполагал. Потому-то так мало женщин-инженеров и математиков. Концепция, что причиной А является Б, а Д обосновано Е, для них кажется слишком занудной. Слишком живое женское воображение бунтует против такой серости и определённости.

– Ну что же, придется следить за тем, чтобы гоблинши около тебя не ошивались! – вынесла оправдывающий меня вердикт она, и, еще немного подумав, подозрительно спросила, – а нет у тебя такого же проклятия для обычных женщин?

Я рассмеялся, скинул с плеч плащ, и протянул ей. Я уже понял, что точные параметры твоих артефактов могут узнать, только в случае, если сам разрешишь это сделать. Конечно, опытный взгляд может по внешнему виду уверенно отличить легендарку от редкой вещи, но какие именно бонусы и параметры в ней сокрыты, без разрешения владельца тебе не узнать. Конечно, если ты раньше не видел точно такой же артефакт в продаже, и не ознакомился с параметрами.

– Только этот плащ, вот и все, причем он просто повышает доверие ко мне, как у мужчин, так и у женщин, – сказал я, – теперь, когда он у тебя в руках, что ты чувствуешь по отношению ко мне?

Адельхейд ничего не ответила, только зажмурилась, и коснулась моих губ своими. Похоже, атака привлекательных гоблинш на меня, хоть теперь и объясненная, сделала свое дело – девушка приревновала, и хотела застолбить меня, не желая потерять! А может, сыграл свою роль и мой грустный вид, с которым я сидел на травке, пока она резвилась в небе, и ей захотелось меня утешить? Женщин до конца никогда не поймешь!

Первый настоящий поцелуй в наших отношениях, а не касание губами в щечку! Всякие тревоги и депресняк мигом вылетели из головы. В моих объятиях находилась невероятно желанная и красивая женщина, характер которой был словно выкован для того, чтобы мне понравиться. Честная и преданная, открытая и эмоциональная, по-детски любопытная и жадная к знаниям, готовая защищать меня от киллеров, даже не являясь воином – моя Адельхейд!

Честно говорю, мне хотелось зайти дальше объятий и поцелуя, и, вполне возможно, что и Адельхейд была готова к этому. Уж слишком удобно мой плащ выпал из ее рук и разостлался под нашими ногами, а ее тело обмякло в моих руках, отдаваясь моим ласкам, словно готовое опуститься на плащ. Но поляна в глухом лесу в нескольких сотнях метров от деревни не лучшее место для подобных развлечений. Призрак и летучий мышь давали мне лишь главным образом информационную поддержку. Конечно, даже оказавшись без доспехов и оружия, в случае появления действительно серьезного хищника, я сам, скорее всего, все же смогу в итоге выкрутиться. Но гораздо важнее то, что не факт, что смогу защитить не имеющую военных навыков Адельхейд.

– Хочешь посмотреть мою комнату? – мягко спросил я, прервав поцелуй, но, не разжимая объятий, это было выше моих сил, – там, конечно, бардак, но есть любопытные артефакты.

Традиционная формула всех времен и народов, начиналось все, наверное, примерно так: «я видел вкусную землянику в тех кустиках и хочу тебе показать», или «в том дальнем углу пещеры есть маленькое озерцо, пойдем, искупнемся!». Главное, что все ее понимают правильно, с обеих сторон.

Глаза Адельхейд задорно сверкнули.

– С удовольствием посмотрю на твои артефакты!

Очаровательная девушка! Решив, что я тот самый мужчина, что ей нужен, она больше не колебалась ни на минуту. Таковы все юные девушки, они без остатка дарят свое доверие тому, кого полюбят, и часто делают это зря, но я был преисполнен рвения доказать, что это не мой случай.

Подходя к таверне, я прошептал предельно тихо в сторону от моей милой:

– Дхакун, останься, пожалуйста, на первом этаже!

Но обладавшая острым слухом Адельхейд таки что-то услышала:

– Что ты сказал, мой милый?

– Ничего, просто мурлычу как кот от переполняющих меня чувств к тебе!