Читаем Черт из табакерки полностью

Люди Пузыревича, отправившиеся выкупать Кристину, вернулись ни с чем. Деревня, где содержалась девочка, была буквально сметена с лица земли федеральными войсками. Не уцелел и дом семьи Бекоевых. Впрочем, и все его обитатели тоже. Похоронная команда, долго не колеблясь, закопала всех Бекоевых – девять человек – прямо во дворе. Агенты Пузыревича разрыли могилу и обнаружили шесть детских изуродованных трупов. На руке одной из девочек-подростков болтался почерневший браслетик с именем “Кристина”. Сфотографировав несчастную, сыщики привезли Пузырю и украшение. Сомнений не оставалось – Кристина погибла вместе со всеми.

– Это Хафиза, – прошептала со слезами на глазах девочка, – я отдала ей браслет. Но мы же так не похожи, папа, как ты мог меня опознать?

– Михаил не показал снимки, – вздохнул Анатолий. – Решил, что с меня и браслета хватит, уж очень жутко выглядел труп.

Мы замолчали. Потом Тамара пробормотала:

– Давай, буду звать тебя Семеном, привыкла уже…

– Я и есть Семен. Семен Андреевич Попов, Зотов погиб и похоронен в Екатеринбурге.

– А Вадим? – спросила я. Гость пожал плечами:

– Он меня не интересует. Но бог есть на свете, теперь знаю точно. Вы представить себе не можете, как я не хотел устраивать эту дурацкую историю с кошельком, долларами и квартирой. Меня просто сломали, первый раз в жизни дал слабину и поддался на чужие уговоры. Теперь понимаю – не зря. Не устроили бы “засады” – не познакомился бы с Томочкой, не познакомился бы с Томой – не пришел бы в гости и не увидел Кристю. Нет, господь есть, он все видит и всем воздаст по делам их.

Вновь повисло молчание, прерываемое только всхлипываниями Ани.

– И как теперь поступить? – отчего-то шепотом спросила Тамара.

Семен улыбнулся:

– Никак, куплю Кристе метрику, станет Кристиной Поповой.

Внезапно Тамара зарделась до свекольного оттенка.

– Погодите минутку.

Она скрылась в спальне и через секунду вернулась с зелененькой книжечкой в руках.

– Вот, Юрка притащил для Кристи. Анатолий, то бишь Семен, взял документ и удивленно прочитал:

– Попова Кристина Викторовна, мать – Попова Тамара Викторовна, отец Попов Виктор Михайлович. Это кто же такие?

– Тамара Викторовна – я, – пояснила Тома, – а Виктор Михайлович – мой папа… Моя фамилия – Попова, а у Виолы – Тараканова. Кристина Тараканова как-то не звучит, вот и записали девочку на меня. Побоялись, что в школе дразнить начнут, как Виолу, вот уж кто натерпелся в детстве из-за имени и фамилии.

– Говорю же, господь все видит, – серьезно ответил Семен. – Значит, так, прямо сегодня, – он глянул на часы, – нет, уже поздно, завтра подаем документы в загс, а потом я удочерю Кристину.

Он глянул на Тамару:

– Ты согласна?

Томочка из бордовой стала фиолетовой, но голос ее прозвучал твердо:

– Есть одно обстоятельство.

– Какое?

– Я не одна, у меня…

– Знаю, – засмеялся Семен, – большая семья. Значит, построю для нас огромный дом, и станем жить да поживать – ты, я, Виола, Аня, Кристина и куча ваших детей, только потом напишете мне на бумажке их имена и объясните, кто кому кем приходится. Вот эта кукла чья? – И он ткнул пальцем в Машку.

– Значит, ты берешь меня со всем табором? – недоверчиво поинтересовалась Тамара.

– Дорогая, – засмеялся Семен, – ты же одна не поедешь!

– У нас еще Дюша, Клеопатра, котенок и Кася, – медленно проговорила я.

– Очень хорошо, – не сдался Семен.

– Еще мыши, – сообщила Кристина. – Билли и Милли.

– Беру всех, – захохотал Семен, – вместе с грызунами. А вы-то как? Станете со мной жить? Я шумный, ругаюсь иногда, злюсь, могу наорать…

– Поорать тут все мастера, – хихикнула я. Аня же тихо сказала:

– Мы с Машкой – просто соседки, Петька и Митька – Лелькины дети…

Семен недоумевающе поглядел на нас. Но тут раздался оглушительный стук, и дети влетели в квартиру. Сразу стало тесно. Перебивая друг друга, мальчики и девочки принялись вываливать впечатления. Биг-маки – это класс! Картошки съели по две порции, шоколадных коктейлей в них влезло по три штуки, а еще получили замечательные игрушки, шарики и бумажку с предсказанием. Возле “Макдонаддса” сидит в клеточке морская свинка и гадает. Правда, узнать будущее захотела только Даша, остальные уверены, что у них все будет прекрасно.

– Смотри, – сказала Даша, – что мне досталось.

Я развернула узкий рулончик. “Бойся данайцев, дары приносящих”. Однако хозяин свинки явно был знаком с древнегреческим эпосом.

В комнате стало душно, и Тамара распахнула настежь окно.

Дзынь-дзынь! – зазвенел звонок.

– Я открою, – подпрыгнула Вика. Через секунду она закричала:

– Тетя Виола, гляди! Подарок прислали!

Девочка внесла в гостиную довольно большой ящик. На нем была приклеена бумажка, написанная неровным детским почерком с ошибками: “Кристе. Личьно. Сама знаешь от ково. Другим ни открывать”. Внизу красовалось изображение черепа и костей.

– Что это? – радовалась Вика. – Что? Можно открыть?

– Тут написано – Кристе, – сказала Томочка, разглядывая не слишком аккуратную упаковку. Наверное, она знает, от кого подарок…

– От Кольки Шарова, – захихикала Кристя. – Он мне два раза в любви признавался. Ну-ка, ставьте подарочек.