Читаем Черт из табакерки полностью

– Ты вроде хотела помочь мне с книгой? Боюсь, сумма большая, целых десять тысяч баксов.

– Конечно, Тошенька, – согласилась Верочка и дала ему деньги на… свое похищение.

Сама процедура прошла без сучка без задоринки. Антон позвонил Верочке в “Барвинково”, сказал: “Я заболел. Не можешь ли вернуться на неделю домой?”

Вера моментально села в машину. У поворота на шоссе стоял автомобиль Антона, а рядом и сам Тоша. Удивленная Верочка вышла из “Фольксвагена”, подошла к Тоше, тот, мило улыбаясь, проговорил:

– Знакомься, Веруся, мой друг.

Вера села в машину Антона на заднее сиденье возле Константина, почувствовала легкий укол, и все, свет померк.

Дальнейшее она помнит смутно. Сначала появился парень, упорно твердивший:

– Ну, давай же, давай…

Что давать, Вера не поняла и вновь провалилась в забытье. Потом возникла девушка, кормившая ее супом, следом опять парень. Затем она очнулась одна в незнакомой комнате. Хотелось в туалет. Вера встала, вышла в коридор, не понимая, где она, толкнула дверь и, ничего не соображая пошла по лестнице вниз. Затем вышла на улицу и замерла на углу, не зная, что делать.

И тут она столкнулась со мной. Я привезла Верочку к нам домой, а тем временем в квартире на Сонинской началась паника.

Дело в том, что Константин “выключил” Веру при помощи весьма сильнодействующего препарата, применяющегося в большой психиатрии.

Парень думал, что девушка просто поспит сутки-другие, а потом он заставит ее написать бумагу, и финита ля комедиа. Но, очевидно, доза оказалась слишком велика. Вера не собиралась просыпаться. Прошел день, потом другой, она мирно спала и, естественно, никаких записок писать не могла. Константин боялся оставить ее одну – вдруг очнется и убежит, – но сидеть целый день дома он тоже не мог. И вот, вспомнив, что по соседству проживает тетка, работающая в медицинском училище, Костя попросил прислать сиделку.

Так в квартире появилась Галя. Естественно, что истинного положения вещей ей не объяснили. Константин сообщил, что Вера – его больная шизофренией сестра, болтает бог знает что, рвется убежать, кричит, но сейчас спит под воздействием снотворного. Как только придет в себя, нужно запереть ее в комнате и вызвать Константина.

Галочка принялась за работу. Один раз Вера пришла в сознание, машинально проглотила пару ложек супа и вновь впала в сон. Затем опять проснулась, пробормотала:

– Холодно.

Галя, еще раньше удивлявшаяся, почему больная лежит нагишом, натянула на нее прихваченную из дома ночную рубашку и сводила Веру в туалет. Пока больная сидела на унитазе, она позвонила Константину, тот примчался, но Верочка опять заснула. Косте пришлось срочно приезжать домой еще пару раз, но всякий раз к его появлению Вера успевала вновь впасть в глубокий сон.

На четвертые сутки Константин сильно задержался и приехал домой около часа ночи. Но ни Веры, ни Гали он в квартире не нашел. В полном недоумении парень позвонил Гале домой, но там никто не отозвался. Утром ее мать бесхитростно сообщила:

– Она в гостях у Вали, дать телефон? На его звонок ответила женщина:

– Валя и Галя уехали на день рождения.

Не думая ни о чем плохом, мать Вали сообщила адрес Вити Репина. Да и зачем бы ей было скрывать? Костя представился клиентом, желавшим нанять Галю для ухода за своим отцом – инвалидом.

Не теряя времени, Константин прихватил своего знакомого Андрея Крюкова, не раз оказывавшего ему разные услуги. Они явились вдвоем на Дорогомиловскую улицу. Андрей и Константин оттолкнули открывшую им дверь Валю, ворвались в гостиную и попробовали поговорить с Галей. Но Витя Репин и Коля Федоров начали выталкивать незваных гостей, тут Константин вытащил пистолет и, недолго думая, застрелил парней и пытавшуюся спрятаться под столом Валю. Галю он не тронул. Девушку свели вниз, она шла почти парализованная от ужаса, даже не кричала. Впрочем, Андрей приставил ей к левому боку пистолет. Запихнув девчонку в машину, они помчались на Сонинскую улицу, и тут у них лопнуло колесо. Матерясь, парни начали ставить запаску. “Жигули” они предусмотрительно заперли. Галя, пошарив в кармане чехлов, нашла газету “Мегаполис”, ручку, написала “Римма Ивановна”. Вероятно, она хотела продолжить текст “Римма Ивановна Федорова знает убийц”. Глупо, конечно, но другое не пришло ей в голову. Но тут в машину влез Крюков, и Галя сунула клочок бумаги в пудреницу, а ту засунула в сиденье. Просто испугалась, что изобьют или пристрелят.

На Сонинской начался кошмар. Константин орал как ненормальный:

– Как ты посмела упустить девку?!! Галя слабо сопротивлялась:

– Извините, заснула, сама не понимаю, как получилось, а дверь забыла запереть.

Крюков принялся отвешивать ей пощечины. В полном ужасе Галочка поползла по кровати в дальний угол.

– Куда поперла! – завизжал Константин и ухватил незадачливую сиделку за ноги.

Потертая туфелька осталась у бандита в руке. Костя уставился на ногу Гали и присвистнул.

– Стой, Андрюшка, десять тысяч наши!