Читаем Черт из табакерки полностью

Замечательно, потрясающе, великолепно! Сейчас сделаем материал и завтра сразу в номер! Убойная штучка и крутой заголовок “Москвичка получает квартиру за честность”. Ну, давайте знакомиться, как вас зовут, ясный ангел?

– Никак, – сказала Томуся и встала. – Меня зовут “никак”, и квартира мне не нужна. Извините, но ваша затея выглядит гадко, и я не собираюсь в ней участвовать.

– Но, – начал Семен Андреевич, – как же, квартира!

– Спасибо, уже есть одна, – ответила Тамара и, отпихнув назойливых корреспондентов, бросилась к метро.

Домой она приехала, едва сдерживая слезы обиды.

Мне подруга ничего не рассказала, не хотела нервировать.

На следующий день, где-то около полудня, раздался звонок.

– Милая Тамара, не гневайтесь, будьте милостивы…

Это оказался Семен Андреевич, невесть откуда узнавший телефон, имя и адрес. Мужчина упросил Томусю выйти к нему на свидание, и вот с тех пор они встречаются, примерно два раза в неделю. Ходят в ресторан, в театр или в кино…

– Почему же мне ничего не сказала? Томочка потупилась:

– Прости, пожалуйста.

– За что?

Подруга покраснела:

– Он мне очень нравится, очень. Знаешь, оказался весьма приятный человек… Вдовец. Родственников никаких, был женат… когда-то, но его семья погибла. Он о ней вскользь упомянул, сказал, что вспоминать до сих пор больно.

Я молча смотрела на нее, потом промямлила:

– Ты влюбилась?

Томочка кивнула.

– А он?

Томуся вновь кивнула и быстро сказала:

– Только не подумай чего плохого, замуж зовет.

– Это же прекрасно!

– Да, – оживилась Тамара, – но я поставила условие, так напрямую и заявила: имею сестру и с ней никогда не расстанусь!

– Ну, – тихо поинтересовалась я, – а он что?

– Очень хорошо, – ответил, – квартира большая, всем места хватит. Всегда хотел иметь много родственников… Как раз сегодня мы с ним и договорились.

– Надо было его к нам привести, – начала я и осеклась.

Представляю, как господин Попов задергается – Верочка, Кристина, Ленинид, мастерящий шкаф, Дюшка, Клеопатра с котенком и я. Нет, его нельзя даже на пушечный выстрел подпускать к нашей квартире: испугается и убежит.

– А он через десять дней приедет и сразу придет!

– Откуда приедет?

– Из Финляндии, у него там журналы печатаются. Какие-то проблемы на комбинате.

Я принялась закручивать пояс от своего платья.

– Вилочка, – прошептала Томуся, – ну извини, пожалуйста. Совсем не думала, что серьезно получится. Будем жить вместе, ничего не изменится.

– Нет, Томуся, ну подумай, у нас еще Верочка, Христя, Дюшка и Клеопатра. Теперь и Ленинид…

– Семен обожает животных, – с жаром произнесла Тамара, – у него дома живет французский бульдог Мотя. А Кристина, Верочка и Ленинид не помешают.

– Знаешь, – усмехнулась я, – даже самый золотой мужчина вздрогнет от ужаса, когда узнает, что вместе с нареченной получит еще два десятка родственников в нагрузку. Нет, мы останемся дома.

– Никогда, – отрезала Томочка и бросилась мне на шею. – Или вместе, или никак!

Посидев еще минут десять, мы приняли соломоново решение. Через десять дней Семен Андреевич вернется из Хельсинки, и мы позовем его на ужин. Познакомимся, поболтаем, а там посмотрим.

– Может быть, к тому времени Верочкины родные найдутся, – вздохнула Тамара, – да и Юрка скоро из командировки прибудет, даст нам телефон этого Вадима Костылева, дяди Кристины… Все будет хорошо!

Я постаралась подавить вздох, глядя на ее абсолютно счастливое лицо. Тоже искренне надеюсь, что родственник Кристи обрадуется девочке и сумеет дать ей то, чего она так жестоко лишилась, – отцовскую любовь и материальное благополучие. Вот с Верочкой сложней, ее никак нельзя отдавать Соловьевым, по крайней мере, пока не выясню, что к чему.

Следующие два дня мы провели в печальных хлопотах. Милиция наконец-то отдала нам тело Зои. В смерти несчастной не оказалось ничего криминального: у нее случился обширный инфаркт. Мы похоронили бедняжку на Митинском кладбище и устроили скромные поминки.

Во вторник Вика встретила меня, загадочно улыбаясь.

– Смотри, – сказала она и показала дневник. В графе “Немецкий” стояла жирная пятерка.

– Молодец, – обрадовалась я. – Это следует отметить.

– Мама тоже так считает, – пробормотала Вика. – Купила огромный торт, а Наташа сделала грибную кулебяку, пошли вниз.

За большим столом на этот раз оказались в сборе все члены семьи. Во главе сидел хозяин – худощавый темноволосый мужчина с апатичным и каким-то маловыразительным лицом. Больше всего его физиономия напоминала плохо пропеченную булку. Случается такой конфуз с поварихами – то ли тесто плохо подошло, то ли плита подвела… И голос у него оказался под стать внешности: тихий и бесцветный.

– Так это вы Виола? Вика от вас в восторге.

– Спасибо, – ответила я. – Она мне тоже нравится, хорошая девочка, добрая, умная, воспитанная! Вика зарделась и положила себе на тарелку салат.

– Ты ведь не будешь кулебяку? – спросила Альбина.

– Нет, конечно, – ответила Вика, передергиваясь. – И зачем ее только сделали.

– Из-за меня. Чтобы сделать мне приятное, – ответил Никита. – Обожаю грибы.

Альбина посмотрела на супруга и пояснила: