Мари только задрала брови, отчего дурные предчувствия Хлои разгорелись с новой силой.

Глава 3

Кто-то совершил очень серьезную ошибку, отправив эту молодую женщину прямо в логово льва, думал Бастьен. Она была далеко не тем опытным агентом, который требуется, чтобы работать в такой напряженной ситуации. Он за долю секунды понял, что она знает все языки, на которых говорили в комнате, а возможно и сверх того, и не слишком искусно это скрывает Если у него на то, чтобы понять это, ушло одно мгновение, в скором времени это поймут и остальные.

Главный вопрос — кто ее направил и зачем? Самое опасное, что могло быть, — это если она прибыла разведывать его личность. Насколько он знал, никто его не заподозрил, но никогда нельзя быть абсолютно уверенным. Притом что он играл роль опытного развратника, послать сексапильную молодую женщину войти в контакт с ним в качестве приманки было блестящим ходом. Все равно что послать юную лань в джунгли соблазнить голодного тигра. Если он набросится на нее, то сыграет как раз по правилам.

Но ее неуместность выглядела рискованно Эта видимая искушенность была слишком тонкой оболочкой. Один взгляд в ее карие глаза, и он мог прочитать все. Нервозность, даже робкая неуверенность — и нежеланная вспышка сексуального влечения. Она вступила на слишком опасную тропу, которая была ей не по силам.

А впрочем, она ведь может оказаться гораздо опытнее, чем старается изобразить. Нерешительная, слегка пугливая манера вести себя может от начала и до конца оказаться частью отведенной ей роли, чтобы обмануть его чутье.

Так за ним она пришла или за кем-то еще? Может, Комитет решил проверить, как он выполняет свою работу? Это было вполне возможно — он не скрывал того, что устал до предела и ему на все плевать. Жизнь или смерть казались ему на одно лицо. Но если ты начал работать на Комитет, тебе никогда не дадут уйти просто так. Его должны убрать, это рано или поздно случится, и, вероятно, рано. Мадемуазель Андервуд с ее испуганными глазами и по-детски пухлым ротиком может оказаться как раз тем человеком, который это сделает.

И тогда остается только один вопрос. Позволит он ей это сделать?

Вряд ли. Он пресытился, он выжжен дотла, пуст внутри — но он не готов уйти, не сопротивляясь. Пока еще — не готов.

На первый взгляд его задание казалось простым. Месяц назад в своей машине был взорван Огюст Ремарк. Это приписали антитеррористической организации, известной очень немногим как Комитет. Но в действительности Комитет не имел к этому никакого отношения. Огюст Ремарк был бизнесменом и руководствовался одной лишь выгодой, и силы, которые правили в Комитете, понимали это и могли этим пользоваться. Все, чего они должны были делать, — это держать под присмотром Ремарка и торговцев оружием, быть и курсе того, что и куда они поставляют, и принимать собственные практические решения относительно того, когда вмешаться. Поставки парши мощного скорострельного оружия в некоторые слаборазвитые страны Африки могли привести к жертвам среди гражданского населения, но считалось, что выгоды от этого может быть больше, а сами эти бедные страны представляли не большой интерес для сверхдержав. По крайней мере, так ему говорил босс, достопочтенный Гарри Томасон.

Разумеется, Бастьен знал, в чем дело. В этих странах не было нефти, и они имели мало влияния на Комитет и его могущественных покровителей.

Работа Бастьена заключалась в том, чтобы следить за торговцами оружием, представляясь одним из них. Но убийство Ремарка все изменило. Хаким, правая рука Ремарка, организовал эту встречу, и они должны были перераспределить территории и избрать нового главу. Это не значило, что они собирались вести друг с другом честную игру, но в обязанности руководителя оружейного картеля входила забота об утомительных деловых деталях, что давало остальным возможность сосредоточиться на приобретении и поставке самого опасного вооружения, изобретенного к настоящему времени.

Хаким нес ответственность за второстепенные детали, но он становился не в меру честолюбив. Он хотел занять место Ремарка, в том числе взять на себя его прибыльные территории. И вот здесь начинались проблемы. Вследствие десятков сделок, убийств и взяток покойный Огюст Ремарк контролировал большую часть поставок оружия на неисчерпаемые рынки Ближнего Востока.

Потребители в Чили, Косове, Северной Ирландии и японские мафиозные кланы могли то увеличивать, то снижать требования, но Ближнему Востоку всегда было мало. А с тех пор как в эту драку вступила Америка, пытаясь контролировать все дубиной, дела с течением временем шли все хуже и хуже.

Члены оружейного картеля хотели справедливо поделить свои прибыли. А Хаким был расходным материалом.

Бастьен не торопил события — он мог позволить себе провести денек-другой, наблюдая и выжидая. Члены картеля один за другим узнавали, что именно Хаким отвечает за убийство Ремарка, а это не шутки. Кто-нибудь мог ликвидировать его в течение нескольких следующих дней, и если они этого не сделают, тогда настанет черед Бастьена.