— Те, кто возлежат со зверем, будут брошены в ямы ада, — говорит Себастьян, цитируя Книгу Сотворения. — Ведь та, что вкусила Грех, будет навеки опьянена его ядом.

— Отдохни от этой ерунды Праведников, — говорю я, — Если я — грешница, так и ты тоже! Та девушка — Дарклинг забеременела от тебя, или ты забыл упомянуть об этом Пуриану Роузу?

Эш смотрит на меня ошарашено.

- У него есть ребенок-полукровка?

— Он заставил её сделать аборт, — отвечаю я.

У Эша сбивается дыхание.

— Это существо было мерзостью, — говорит Себастьян.

— Это был ребенок, и ты убил его, чтобы шкуру свою спасти, — говорю я.

Рука Себастьяна легла на рукоять его меча. Эш, защищая, встает передо мной.

— Себастьян, мы охотимся, или как? — раздается голос Курта с кладбища.

Жестокая улыбка играет на губах Себастьяна.

- Да, охотимся.

Он достает свой меч и угрожающе наставляет его на нас.

- Вы идете со мной.

ЭШ

Себастьян выводит нас из руин, тыча своим мечом нам в спины. Я осторожно гляжу на Натали, пытаясь поддержать её взглядом, дать ей понять, насколько возможно, что с нами все будет хорошо. Она кивает.

Оцарапанная шея вскидывает брови при виде нас, в то время как мы присоединяемся к остальным кадетам, которые одеты в свою униформу Ищеек. Мы выделяемся на фоне остальных, как белые вороны, в своей гражданской одежде.

— Я нашел прогульщиков, — объясняет Себастьян, пряча меч в ножны.

Оцарапанная шея не придает этому значения. Он обращается к курсантам.

— Сегодня будет простое задание: поиск-и-сбор, — говорит он. — У нас есть наводка, что в здании на окраине города прячется Дарклинг. Мы проверим дом, и, хотелось бы надеяться, схватим кровососа.

Один из кадетов издает раздраженный вздох.

— Это не слишком увлекательное задание, но такой вид охоты — наша повседневная работа, и вам нужно научиться делать это, — продолжает Оцарапанная шея. — И поверьте мне, когда я говорю, что никто из вас, молокососов, не готов идти в гнездо Разъяренных.

Они ведут нас через кладбище к городской окраине, которая заполняется людьми, возвращающимися с работы домой. Себастьян остается позади нас с Натали, чтобы быть уверенным в том, что мы не сбежим. Мы находим дом, скромный призрачный особняк с окрашенной желтой краской дверью. Оцарапанная шея пинает её.

— Инспекция Ищеек! — говорит он, затем поворачивается к нам — Никогда не стучите. Это дает им время убежать.

Себастьян указывает своим мечом на меня.

— Входи, — говорит он.

Я в нерешительности застываю.

— Просто делай, как он говорит, — шепчет Натали.

Мы входим в дом. Он маленький и потрепанный, с облупившейся краской на стенах и потертыми коврами. Я стараюсь придумать, как выбраться из сложившейся ситуации, но пока ничего не приходит в голову. Кадеты передвигаются, окружая мужа с женой, которые жмутся друг к дружке на полу крохотной гостиной. В их глазах появляется страх, когда они видят Оцарапанную шею и Себастьяна.

— У вас нет права быть здесь! — говорит муж, его голос от волнения срывается. — Мы не сделали ничего плохого.

— У нас есть сведения, что вы укрываете Дарклинга, так что заткнись, — произносит Оцарапанная шея, — Обыщите дом — приказывает он двум кадетам.

Они отходят от остальных и начинают обыскивать дом, переворачивая мебель, проверяя шкафы. Один из кадетов пытается открыть дверь в туалет. Дверь закрыта. Супруги в панике переглядываются.

— Открывай, — приказывает Себастьян жене.

— Нет…

Он вытаскивает свой меч.

— Открой, — убеждает её муж.

Женщина поднимается на ноги, достает ключи и открывает дверь. На стиральной машине стоит ящик с Кровью Синт-1.

— Он упал с грузовика Стражей. Мы собирались продать его на Шантильи Лейн, — быстро проговаривает муж — Я был уволен. А нам нужно платить по счетам.

— Просто заберите его, — говорит жена, опускаясь на пол позади мужа — Пожалуйста, это все. Нам больше нечего скрывать.

Муж неосознанно бросает взгляд на коврик у его ног.

Это не осталось незамеченным Оцарапанной шеей. Он отбрасывает ковер подальше, чтобы освободить люк.

В комнате повисает всеобщее молчание.

— Это просто старая кладовка, — говорит жена.

Оцарапанная шея открывает люк и засовывает туда руку.

— Там ничего нет, я клянусь, — запинается она.

Оцарапанная шея усмехается.

Жена хватает мужа за руку.

- Там пусто, клянусь!

— А это тогда что? — Оцарапанная шея поднимает маленького мальчика из отверстия, как кролика из шляпы волшебника.

Моё сердце замирает.

Мальчик — полукровка, как я.

Он бледный и худой, как червяк, с вьющимися волосами до плеч. Он смотрит на меня, и на долю секунды он улыбается, и я знаю, о чем он думает — я больше не один. Затем этот беглый взгляд солидарности сменяется обвиняющим в предательстве. Я хочу сказать ему, что я на самом деле не Ищейка, но это было бы ложью. Впервые я должен признаться перед самим собой, что я — предатель.

Его бросают на деревянный пол.

— Что это у нас здесь? — говорит Себастьян, пиная мальчика ногой.

— Оставь его! — рычу я.

Себастьян смотрит на супругов.

- Так кто из вас предал нашу расу?

Муж смотрит на жену.

Мальчик хнычет.

Оцарапанная шея злобно улыбается мне, предлагая свой меч.